Книга Измена. У тебя есть другая, страница 32 – Диана Ярина

— Я так скучала по тебе, мама! Я больше никогда… Никогда тебя не предам.

Больничная палата освещена яркими лучами солнца, утро невероятно светлое и какое-то вдохновляющее.

Я снова пришла к Георгию. Может быть, сегодня, в такое чудесное утро случится чудо, и он придет в себя? Уже почти неделя прошла после операции.

Я осторожно присаживаюсь на стул рядом с Георгием, поправляю капельницу. Его лицо кажется чужим — осунувшееся, с темными кругами под глазами.

— Хватит спать, лежебока, — шепчу, протирая его горячий лоб влажной салфеткой. — Дети тебя ждут. Сын хочет похвастаться, что удачно заключил важную сделку, а Ира… У нее кое-кто появился. И по тому, как она прячется, не желая пока раскрываться, кажется, это серьезно. В общем, новостей хватает. В основном, все хорошие. Знаешь, я тут решила, чего добру пропадать? Это я о деньгах, которые ты мне оставил. Мне одной, даже живя на широкую ногу, столько не потратить. Поэтому я решила пустить эти деньги в ход. Все бизнесы открывают, может быть, и у меня получится? Или не получится, и тогда ты будешь фыркать, мол, я без тебя ни на что не способна… А я скажу, что с тобой я бы и не решилась выйти из зоны комфорта, а так… моя жизнь сейчас стала другой. Местами более сложной, но такой насыщенной.

И вдруг...

Я слышу слабое, но такое уверенное:

— Света...

Это Георгий.

Пока я болтала, сидя возле него, он распахивает глаза и произносит мое имя снова.

— Света.

Его голос хриплый, едва слышный. Я замираю, сердце колотится так, что, кажется, слышно во всей палате.

— Ты... пришла...

Его глаза — мутные, но это его глаза. Те самые, в которых я когда-то тонула.

— Жора? — мои пальцы сжимают поручень кровати. — Ты... ты меня слышишь?

Он слабо кивает. Шевелит пальцами, будто ищет мою руку.

— Прости... — его дыхание прерывистое, слова даются с трудом. — Я... не смог... Давал клятву быть верным и… не смог!

Это, что, первое, что пришло ему на ум после пробуждения?

Попросить прощения за измену?

Я наклоняюсь ближе, ловя каждый звук.

Он морщится от боли, но продолжает говорить.

Слова даются ему с трудом. Он делает паузу, собираясь с силами.

— Я... испугался.

Слезы катятся по его вискам, смешиваясь с потом.

— Возрастные изменения были у тебя, но испугался я сам. Того, что никто не вечен. Испугался, что старею... что ты увидишь меня слабым... Я начал заниматься больше, чем прежде. Меня раздражало каждая твоя слабость, я злился, потому что был не в силах остановить бег времени. Ни для тебя… Ни для себя самого! Это стало испытанием: в такие моменты нужно лишь смириться. Остановиться и сказать спасибо за все прожитые годы, за то, сколько счастья нам выпало. Принять… неизбежное и строить жизнь дальше, наслаждаться ею! Но я решил сыграть так, будто это меня никогда не коснется. Я сделал ставку на секс, но причина… Она глубже и в то же время проще. Плохо было тебе, но трясся от страха перед неизбежностью времени — я. Поэтому легко попался на крючок. Предпочел обмануться и продлиться для себя видимость того, что все, как раньше. А она... делала вид, что влюблена по-настоящему, корчила из себя невинную, но… Оказалась не такой. Дешевка. Как можно было на такое купиться? На обычные блестящие стразы, когда рядом была — ты. Но я тебя упустил. Я…