Книга ( Не ) вспоминай меня, страница 55 – Екатерина Котлярова

— Глупости, только идиоту ты можешь не понравиться, — я притягиваю девушку к себе за талию и мягко целую нежные податливые губы.

Прихватываю поочерёдно верхнюю, нижнюю. Посасываю. Дожидаюсь, когда она застонет мне в рот. Сладко. Невинно. Как же я хочу её, чёрт возьми!

— Пойдём. Не бойся. Я с тобой, маленькая.

Саша, чуть осоловевшая после моего поцелуя, улыбается припухшими губами и кивает. Я веду её в дом, который встречает запахом нагретых солнцем деревянных стен. Дед всегда топит печь по вечерам, даже летом. Говорит, что тепло лечит душу.

— Деда, мы пришли! — кричу я, проходя в кухню. На столе стоит ваза с полевыми цветами, вокруг разбросаны газеты. Дед сидит в кресле-качалке, погруженный в чтение. Его очки сползли на кончик носа.

— А вот и вы! — он поднимает голову, и его лицо озаряется улыбкой. — А это, должно быть, Саша? Рад познакомиться, внученька. Мой шалопай мне о тебе много рассказывал.

Саша смущённо улыбается и опускает взгляд. Дедушка кидает на меня довольный взгляд. Саша ему понравилась. Очень.

Я усаживаю Сашу за стол, наливаю ей травяного чаю. Дед продолжает рассматривать ее с доброй улыбкой. Она немного робеет, но постепенно расслабляется, чувствуя тепло деревенского дома и приветливость деда.

— Расскажи мне о себе, Сашенька, — просит дед, придвигая к себе чашку с чаем. — Чем увлекаешься, где учишься?

Саша начинает рассказывать о своей учебе в университете. Сначала краснеет, путается в словах, мнёт пальчиками подол юбки. Дед внимательно слушает, перебивая ее лишь изредка вопросами. Я наблюдаю за ними, и меня переполняет тепло. Саша прекрасно ладит с дедом, и это радует меня больше всего. Дедушка воспитывал меня один. И то, что два самых близких человека нашли общий язык, заставляет меня улыбаться от уха до уха.

— Пойду я баню топить, а вы разговаривайте тут, молодёжь, — дед подмигивает мне и уходит.

Я смотрю на Сашу, которая сияет. Беру за руку и тяну к себе на колени. Девушка обхватывает меня руками за шею и умиротворённо выдыхает.

— Теперь я знаю, в кого ты такой замечательный.

Слова девушки согревают душу. Я губами прижимаюсь к её виску, прикрываю глаза и наслаждаюсь тем умиротворением, которое окутывает кухню. И понимаю, что хочу, чтобы так было каждый день. Хочу Воробушка в своей жизни ежедневно. Ежеминутно. Смотреть, как просыпается.

— У вас так много вишни.

— Да. Нужно часть заморозить, часть продать.

— А можно я пирог испеку? Вишнёвый.

— Конечно.

Даю Саше всё необходимое и, получив заверение в том, что помощь не нужна, ухожу помогать деду.

— Очень хорошая девушка, Рома, — дед кладёт руку мне на затылок и вынуждает наклониться, чтобы прижаться лбом к моему. — Очень. Думал, что таких не осталось. Добрая, чистая, умная. Береги её.

— Буду, — без заминки обещаю я.

Когда мы возвращаемся в дом, синхронно сглатываем слюну. В доме пахнет выпечкой.

— Ещё и хозяйственная, — дед хлопает меня рукой по плечу.

Мы входим на кухню, где всё сверкает чистотой. Малышка ещё и убраться успела, пока в духовке запекается пирог.

Моя девочка стоит у окна и что-то увлечённо разглядывает. Она улыбается, когда слышит наши шаги, и поворачивается к нам, светясь от счастья. На столе, под накрытой салфеткой, возвышается вишневый пирог, источающий дразнящий аромат.