Книга ( Не ) вспоминай меня, страница 61 – Екатерина Котлярова

— Я поеду с тобой, — я сжимаю щёчки пальцами. — Не отпущу тебя одну.

— Ну как же ты… После всего, что она сделала.

— Родная, сейчас об этом думать совершенно не нужно, слышишь? Мы с тобой заберём нужные вещи и уйдём.

— Да… — опускает плечи. — Это любимый костюм Влада. Я думаю, что если его передать ему, может, он хоть воспрянет духом.

— Поехали, — дёргаю уголком губ.

Но у меня не выходит улыбнуться. Слишком тяжело даётся эта эмоция.

Когда мы подъезжаем к её дому я ловлю чувство дежавю. Так уже было. Десятки раз.

Машину оставляем у забора. Саша долго возится с ключами, на территорию мы попадаем через несколько минут. Воробушек постоянно вздрагивает от каждого шороха. Я беру её за руку и сжимаю, уверенно веду в дом.

В холле дома встречает она. Тварь, пустившая под откос мою жизнь. Сука, которая была одержима мной. Идеей обладать мной.

— Кого я вижу, — всплёскивает руками и окидывает меня всё тем же взглядом.

Жадным. Похотливым. Сальным.

— Маленькая, я поговорю, а ты иди, собирай вещи, — шепчу на ухо оцепеневшей Саше.

Я знаю, как малышка боится мать. Знаю, как эта сука лупила её. На спине и ягодицах остались шрамы от пряжки ремня.

Саша проходит мимо матери, которая даже не обращает на меня внимание. Она полностью поглощена мной. Рассматривает. И я вижу, что теперь она заинтересована мной ещё больше, чем восемь лет назад.

Облизывает ярко-красные губы. Медленно покачивая бёдрами начинает двигаться в мою сторону.

Смотрю на неё исподлобья. Изо всех сил сжимаю кулаки, пытаясь держать эмоции под контролем.

Убить. Сжать руки на шее. Перекрыть доступ к кислороду.

— Как ты возмужал, Ромочка.

— Как ты постарела, Светлана.

— Ты никогда не отличался тактичностью, мой сладкий мальчик.

— Значит, я изнасиловал? — склоняю голову к плечу, рассматривая её с брезгливостью, как говно на ботинке.

— А эта дура всё и рассказала, — качает головой и улыбается. — Она всегда была обделена интеллектом. Вся в папашу своего.

Машет рукой, наигранно смеётся. Вижу, что её трясёт, но она пытается скрыть свою нервозность. Боится? Хорошо.

— Рот закрой, — бросаю лениво.

Я смотрю на неё и понимаю, что у меня кроме брезгливости нет ничего. Нет прежней злости и ярости. Только отвращение. Тошнота, подкатывающая к горлу.

— Зря ты, мальчик мой, тогда не выбрал меня. Тогда бы твоя жизнь сложилась совершенно иначе, — качает головой и растягивает губы в змеиной улыбке.

Восемь лет назад

Роман

Утром я просыпаюсь от поглаживания нежными пальчиками по лицу. Медленно открываю глаза и тут же расплываюсь в улыбке, наткнувшись на взор голубых глаз, с расширенными до предела зрачками. Реакции тела малышки говорят сами за себя. И мне не нужны слова, чтобы знать, что мои чувства взаимны.

— Привет, — говорю хриплым голосом и тут же перехватываю юркую ладошку, которую Саша пытается убрать.

— Доброе утро, — вновь смущается и отводит взгляд.

— Как спалось? — целую каждый пальчик, середину ладошки.

— Отлично, — отчего-то заливается жарким румянцем.

Я считываю это. Переворачиваю девушку на спину, нависаю над ней. Рассматриваю родинку на скуле, подрагивающие ресницы, приоткрытые и готовые к поцелуям губы. И не отказываю себе в том, чтобы припасть к приоткрытым губам девчонки в жадном поцелуе.

Я тут же ловлю её взволнованный вздох. Проглатываю. Смакую. Медленно ласкаю языком губы, вызывая дрожь в её теле. Сладкую и желанную.