Книга Двойной подход для Пышки, страница 34 – Tommy Glub

И слышать.

— Ань, привет! — раздается знакомый голос, от которого внутри все холодеет. — Ты там как, красотка? Смотрел твои сторис, вижу, похудела наконец. Ну что, готова показать результат?

Бывший.

Это бывший. Сердце мгновенно сжимается от его голоса, я молчу, не зная, что ответить.

— Ты вообще там? — раздраженно спрашивает он. — Чего молчишь, малышка?

— Зачем ты звонишь? — тихо произношу я, чувствуя, как к горлу подкатывают слезы.

— Проверить, как ты. И знаешь, похоже, не зря. Скинула-таки лишнее, в зал ходишь. Я же говорил, похудеешь — поговорим. Готова попробовать снова? — его голос звучит насмешливо и высокомерно.

— Ты издеваешься надо мной? — шепчу я, едва справляясь с эмоциями.

— Издеваюсь? Нет, просто говорю как есть. Думаешь, кому-то нужна была такая, какая ты была? Хорошо, что наконец взялась за себя. Может быть, снова потянешь на что-то стоящее. Давай встретимся, зайка?

— Заткнись! — резко выдыхаю я, чувствуя, как слезы уже текут по щекам.

— Ой, а ты у нас стала смелая? Ну, не стоит дерзить, Ань. Я же только хорошего хочу. Или тебе самой нравится быть жирной и никому не нужной?

Я не выдерживаю и бросаю трубку. Слезы текут ручьем, я сжимаюсь в клубок, прижимая коленки к груди, и тихо всхлипываю. Весь восторг этой ночи мгновенно исчезает, оставляя лишь боль и унижение от его слов.

Амир и Марат возвращаются в комнату, замечают мое состояние и быстро оказываются рядом. Амир осторожно касается моей щеки, его взгляд полон беспокойства:

— Аня, что случилось?

Я лишь всхлипываю, не в силах ничего ответить. Марат молча садится рядом и обнимает меня, тихо поглаживая по спине:

— Кто звонил? Кто тебя обидел?

— Бывший… — едва шепчу я сквозь слезы. — Снова… напомнил, какая я была… и какая, по его мнению, никому не нужна…

— Забудь о нем, — серьезно произносит Амир, беря мое лицо в ладони и заставляя взглянуть на себя. — Он ничего не понимает и никогда не понимал. Ты — прекрасная, настоящая, самая желанная девочка сейчас.

— Он прав… — шепчу я, опуская глаза. — Я не такая, какой должна быть…

— Ты такая, какой хочешь быть ты сама, — жестко отвечает Марат, его голос звучит уверенно и убежденно. — Не позволяй ему снова заставить тебя чувствовать себя хуже. Ты идеальная.

Я закрываю глаза, прижимаясь к ним обоим, пытаясь снова ощутить их тепло и заботу. Они молча гладят меня по волосам, успокаивая и защищая от всего мира. В этот момент я понимаю, что только рядом с ними я действительно чувствую себя ценной и нужной. Только они могут заставить меня поверить в себя заново.

И я тихо шепчу себе, пытаясь поверить в собственные слова:

— Он больше никогда не сломает меня…

Амир целует мою макушку, тихо говоря:

— Никогда…

Последние дни проходят безумно быстро. Я просыпаюсь рано, бегу на тренировку, выжимаю из себя максимум. Мышцы болят, но мне это нравится. Нравится, как дрожат ноги после приседаний, как от тяжести гантелей пальцы теряют чувствительность. В голове только одно: «Делай. Не сдавайся».

Я задыхаюсь под гантелями и его взглядом…

Марат снова помогает мне с приседом — ладони скользят по бокам, чуть дольше, чем нужно. Я ощущаю тепло его пальцев даже сквозь лосины, и у меня сбивается дыхание. Он знает, что творит. Специально подбирается ближе, дышит в ухо, пальцем слегка касается оголенной кожи под топом. А я — делаю вид, что не замечаю. Хотя на самом деле… замечаю все. Реагирую на каждое движение пальцев. И жду — когда следующий раз он «случайно» сожмет бедро или поправит мои руки в жиме.