Книга В его плену. Моя ошибка, страница 63 – Анна Осокина

— Аккуратно, Настюш, — шепнул он мне на ухо. — Гипервентиляцию заработаешь.

— Зачем ты это делаешь? — жалобно спросила, глядя на него снизу вверх.

— Делаю что? — как ни в чем не бывало ответил он вопросом на вопрос.

— Вот это. Мучаешь меня. Все закончилось давным-давно…

— Может, просто хочу убедиться, что тебе было так же больно, как было когда-то мне.

— Когда-то, — горько хмыкнула я, скользнув взглядом по залу и выцепив из посетителей Ивана. Он как будто бы и не смотрел в нашу сторону, но я четко знала, что об этом танце уже завтра утром будет знать Саша. Ну и черт с ним! — Когда-то… — повторила я, смакуя это слово. — Я до сих пор живу в своем аду, Миш. Рада, что для тебя все закончилось «когда-то».

— Ничего себе ад! — руки мужчины непроизвольно сжались. Стало только хуже, потому что получилось, что он прижал меня к себе теснее.

Я еле слышно всхлипнула.

— Ты ничего не знаешь о моей жизни, Миш. Поэтому не тебе судить.

— Можешь мне рассказать, — хмыкнул он.

— Зачем?

— И правда: зачем? — голос его едва заметно дрожал.

Я видела, что он старался вести себя со мной безразлично и немного надменно. Но у него это тоже не получалось. Может, я бы и поверила, если бы знала его хуже. Но я ощущала его как никого другого. Между нами как будто всегда была протянута ниточка. И она растянулась, но все еще не порвалась.

— Просто потанцуй со мной, не говори ничего. Один танец. Будь уверен, за него мне тоже придется заплатить.

Миша непонимающе посмотрел на меня, я взглядом указала на Ивана.

— Это твой телохранитель?

— Мой тюремщик, — хохотнула я, но ничего веселого в этом не было.

— Все так плохо?

— Давай не будем об этом, пожалуйста.

Вдруг я поняла, что что-то поменялось. Может, он и хотел вести себя со мной изначально по-другому, но моя близость тоже действовала на него. Действовала. Его руки стали нежнее. Пальцы незаметно поглаживали мою спину через невесомый шелк платья. Он прижал меня еще немного крепче, и я услышала, как он вдыхает запах моих волос. Я задрожала, положив голову ему на грудь.

У нас было всего несколько минут. Чтобы вспомнить. Чтобы насладиться. Чтобы понять: все еще не кончено. Чтобы снова обжечься, чтобы снова испытать боль…

Композиция подошла к концу. Но не успела я ничего сказать, как меня окликнул Иван.

— Анастасия Алексеевна, уже поздно, давайте, я провожу вас в бунгало?

Тон был почтительный, но мы оба знали, что отказаться я не могу. Или могу, но это повлечет за собой последствия. Хватит, Золушка. Сейчас ты превратишься в тыкву. Пора бежать с бала. И пускай прекрасный принц тебе только снится.

— Конечно, пойдемте, Иван, я устала, — отстранилась от Миши. — Еще раз спасибо вам, Михаил, за моего сына.

Сказала хоть что-то, чтобы оправдать в глазах охранника этот танец. Может, он не станет докладывать об этом Саше? Ха. Как же. Представила очередной скандал, который закатит мне муж, и передернула плечами.

Уходила не оглядываясь. В голове шумело.

Утром на пляж взяла с собой ноутбук. Дела с большего я приостановила на время отдыха, но было несколько проектов, которые нуждались в контроле, поэтому я расположилась под тентом, попивая газированную воду со льдом и лимоном из красивого коктейльного бокала. Гудела голова, и я вообще не очень хорошо себя чувствовала. Однако не привыкла с чем-то не справляться, поэтому, закинув в себя таблетку обезболивающего и надев самые темные из своих солнечных очков, я упрямо делала работу, пока Ярик веселился на мелководье с Мариной и каким-то другим маленьким мальчиком, семья которого отдыхала неподалеку. Малыши звонко хохотали, плескаясь водой. Я то и дело поглядывала на сына и улыбалась. Он моя радость. И если для того, чтобы он появился на свет, мне нужно было быть с Сашей, пережить все это, в том числе и расставание с любовью всей жизни, так тому и быть.