Книга Вредный босс на Новый год, страница 29 – Лана Пиратова

— Серов! — кричу в снежную толщу. — Ау!

Руками долго придётся копать, а этот маньяк ещё и замёрзнуть может!

Не то, чтобы мне жалко его было, но одной оставаться тут вообще не охота. Хоть какой-никакой, а мужик!

Эх!

Оглядываюсь по сторонам в поисках хоть чего-нибудь, чем можно будет Серова откопать. И замечаю в углу, у столба лопату. Хорошую такую, деревянную лопату. Как раз для снега.

Бегу за ней, а, когда возвращаюсь к месту, где закопался Серов, то понимаю, что, похоже, на сугроб ещё с крыши снег свалился и поэтому не видно, где именно копать. Ну, то есть, где его голова, а где — ноги.

Но вымерять и определять времени нет — замёрзнет ведь!

Поэтому я начинаю отбрасывать лопатой снег с сугроба. Сначала очень аккуратно это делаю. Чуть подцепляю на лопату снег и отбрасываю. Но время-то идет!

И, вот, я уже размашистыми движениями разгребаю снег. И в очередной раз запустив лопату в сугроб, натыкаюсь на что-то. Лопата дальше не идёт. Заледенело?

Я ещё раз предпринимаю попытку. Нет, не получается.

И тогда я отбрасываю лопату и начинаю руками разгребать это место. И понимаю, что утыкалась лопатой в задницу Серова.

Чёрт.

Быстрее работаю руками и тяну его вверх.

— Серов, ты жив?

А в ответ лишь какое-то мычание.

А ещё он дрожит так сильно, что зубы стучат. И смотрит на меня как-то ошалело.

— Серов, ты чего? — пугаюсь я. — Пошли в дом быстрее!

И буквально толкаю его к двери.

Одежда на нём намокла, а сам он побелел. У него даже губы белые. Жалко его становится.

— Раздевайся! — командую я и, поскольку он так и не шевелится, сама тяну с него майку.

Стараюсь не смотреть, когда перед моими глазами предстаёт его голая грудь. Опустив взгляд, борюсь с застёжкой джинсов. Кое-как мне удаётся справиться и я дёргаю джинсы вниз. И сама встаю на колени перед Серовым, чтобы удобнее было снимать с него штаны. Стягиваю их до колен. И замираю на мгновение, уткнувшись взглядом в его боксёры.

Ну и ситуация!

Быстро встаю.

— Серов, ты жив? — повторяю вопрос.

И перевожу взгляд на синие дрожащие губы. Облизываю свои.

Чёрт. Никогда бы не думала, что сама сделаю это!

Беру его лицо в руки. Ещё раз облизываю губы и, зажмурившись, впиваюсь в его рот.

Стараюсь не думать ни о чём, а просто целую его. Тьфу. В смысле, не просто целую, а пытаюсь согреть.

Губы у Серова мягкие, хоть и холодные.

Впервые я сама вот так целую мужчину. Сама проявляю инициативу. И сама толкаю в него язык. Зачем? Ну, наверное, жду хоть какой-то реакции? Что ещё-то?

Открываю осторожно глаза и тут же встречаюсь в изумлённым взглядом Серова. По глазам его понимаю, что он скорее жив, чем…

Отрываюсь от его губ и громко выдыхаю. А потом обнимаю его, прижимаясь всем телом.

Он очень холодный и это пугает меня.

Я из курса выживания по основам безопасности жизнедеятельности помню, что лучше всего можно отогреть человека, прижавшись к нему и передав своё тепло. Но не в одежде.

Ай! Оказывается, мой смелый поцелуй — не самое ужасное, что я могу сделать!

Отпускаю Серова и сама тяну и с себя майку. Остаюсь в одном лифчике и джинсах и под изумлённый взгляд переохлаждённого опять прижимаюсь к нему.

Ещё острее чувствую его холод. Мурашки по телу заставляют меня сжиматься.

— Что стоишь-то? — бурчу ему в грудь. — Обними меня. Ну? Прижимайся!