Книга Тот, кто нарушает, страница 47 – Стефани Альвес

— Я не пьяная, — настаиваю я, хотя слова вылетают заплетающимся языком.

Он выгибает бровь, глядя на меня скептически. Я вздыхаю, закатывая глаза.

— Ладно, может, я немного пьяна, но я серьезно.

Райан резко выдыхает, пропуская пальцы сквозь волосы.

— Изабелла, ты знаешь, что мы не можем. Твой брат...

— Да-да, я знаю, — перебиваю я его, закатывая глаза. — Ты смотришь на меня и видишь моего брата, и это заставляет тебя чувствовать вину. Я понимаю. — Слова кажутся горькими на вкус, но это правда. Почему я думала, что в этот раз все будет иначе? — Забудь, что я вообще что-то сказала.

Я поворачиваюсь, надеясь сбежать, найти Аврору и притвориться, что этого разговора никогда не было. Но прежде, чем я успеваю сделать шаг, его рука обхватывает мое запястье, притягивая назад. Райан разворачивает меня, и внезапно я оказываюсь прижатой к стене, его тело прижимается к моему. Воздух между нами становится густым, пульс учащается, и я чувствую каждый сантиметр его тела против своего.

Вскрик срывается с моих губ, когда я чувствую его твердое возбуждение, коснувшееся моего живота, и мое тело непроизвольно содрогается. Его темные глаза впиваются в мои. Он выше меня на добрых несколько дюймов, и мне приходится закинуть голову назад, чтобы встретиться с ним взглядом; дыхание перехватывает.

Его рука тянется ко мне, пальцы накручивают один из моих локонов, мягко потягивая.

— Еще раз говорю: ты, блять, ошибаешься, Изабелла, — говорит он низким, почти грешным голосом. Дрожь бежит по моему позвоночнику. — Твой брат — последнее, о чем я думаю, когда смотрю на тебя, — цедит он сквозь зубы, и о боже, как вкусно он пахнет. Он всегда так пах? В голове туман, ноги становятся ватными, а сердце колотится в груди. — В этом-то и заключается гребаная проблема.

Я с трудом сглатываю, не отводя от него глаз.

— Райан...

Мои веки тяжелеют, тело покачивается, и я слегка спотыкаюсь. Но прежде, чем я успеваю среагировать, его руки уже на месте — обхватывают мою талию, удерживая меня.

— Черт. Ладно, пора в кровать, — бормочет он.

Я качаю головой, из меня вырывается стон. Я не хочу в кровать. Я хочу остаться здесь, с ним, и понять, что только что между нами произошло.

— Нет.

— Да, — говорит Райан серьезным тоном. — Ты пьяна в стельку и вот-вот отключишься. Господи, мне надо было остановить тебя раньше. — Его руки перемещаются на мои бедра, он пытается поставить меня ровно. — Давай, где твоя соседка?

Я оглядываю переполненный зал, мой взгляд падает на Аврору в центре танцпола. Она двигается так, будто она здесь одна, дико размахивая руками, полностью растворившись в музыке. Я завидую ей — тому, как легко она отпускает себя, как ей плевать на то, что кто-то здесь может ее осудить.

— Дерьмо, — бормочет Райан, проводя рукой по лицу. — Я не смогу дотащить домой двух пьяных девчонок. — Его взгляд перемещается в сторону кабинки в глубине, он замечает кого-то. — Коул! — кричит он. — Помоги мне, мужик. Изабелла и ее соседка обе в хлам, и я ни за что на свете не посажу их в такси одних.

Коул, который развалился в кабинке с какой-то девчонкой, виснущей на нем, едва поднимает взгляд, прежде чем качнуть головой.

— Ага, хрен там, — говорит он с горьким смешком, его губа кривится, когда он бросает взгляд на Аврору на танцполе. — Она змея. Она меня укусит.