Книга Брак по ошибке, страница 56 – Ая Кучер

— Что? — переспрашиваю я, и мой голос звучит хриплее, чем я хотела бы.

Ник молчит, и в этом молчании есть что-то такое, от чего моя маленькая игра вдруг начинает казаться не такой уж безопасной.

Но я уже не могу остановиться. Потому что в груди растекается сладкая волна, ощущения власти над Ником.

Я почти готова рассмеяться от этого головокружительного ощущения, когда мужчина вдруг поднимается.

Я не успеваю понять, зачем он встал, как следующую секунду Ник просто пересаживается, ко мне.

Садится рядом, на мой диванчик, вплотную, так, что я чувствую жар его бедра через ткань джинсов, чувствую его запах. И между нами моментально начинает искриться.

Чего ему на своём диванчике не сиделось-то?! Воздух моментально выбивает из лёгких.

— Зачем ты… — начинаю я.

— Проще самому сделать, чем тебя просить, — отвечает Ник.

Мужчина смотрит на меня с лукавой усмешкой, и я чувствую, как внутри у меня всё закипает.

Я уже почти победила в нашем маленьком сражении, как он в два счёта снова всё переиграл в свою пользу.

Ник касается моего колена, делая вид, что случайно, касание лёгкое, а вот разряд которое оно дало совершенно не лёгкий.

Я отворачиваюсь, сжимаю зубы, пытаюсь взять себя в руки. Потому что сейчас не время. Потому что к нам идут его друзья. Я не могу позволить им видеть, как он на меня действует.

Смотря на приближающуюся к нам пару, я понимаю как гризли назвал моего мужа.

Сивьеро.

Я медленно поворачиваю голову, смотрю на Ника Сивьеро.

Я мгновенно понимаю — я знаю эту фамилию. И понимаю, почему Ник казался мне таким знакомым!

И вдруг вспышка. Горнолыжный курорт. Дроздов. Тот самый вечер, когда…

Всевышний, точно…

Я смотрю на Ника широко распахнутыми глазами, и, кажется, забываю, как дышать.

Ник Сивьеро, сын итальянской мафиозной семьи. Про которую ходят очень странные слухи.

И недоказанные, но такие убедительные истории, от которых у нормальных людей мурашки бегут по коже.

У меня бегут!

Эта семья очень богата и влиятельна. У них бизнесы и связи в разных уголках земли. И мы виделись с ним вот раз.

А теперь… Ник мой муж.

Мужчина, кладёт ладонь на спинку дивана за моей спиной, и я чувствую, как внутри меня всё холодеет.

Тепло будто уходит из тела, и на его место затекает ледяная вода, которая застывает, превращая внутренности в сплошной лёд.

Я всё вспомнила.

Мы с были большой компанией, катались на лыжах и сноубордах. А потом на Дроздов пригласил Сивьеро к нам на закрытую вечеринку.

Тогда он показался мне, обаятельным. Я смотрела на него, пока Дроздов что-то рассказывал, пожимая руки.

А потом мы с подругой вышли на улицу. Помню, как снег скрипел под ногами.

Помню, как мы смеялись, болтали о чём-то, и вдруг выстрелы. Громко, резко, очереди из стрельбы разного оружия.

Я никогда в жизни не слышала выстрелов так близко. Я не знала, кто стреляет, почему, в кого. Я знала только одно: мы должны убраться оттуда.

Мне больше никогда не было страшно как тогда. Сердце колотилось, что я слышала его в ушах.

Лёгкие горели. Страх был таким поглощающим, что я чувствовала его вкус на языке.

Охрана быстро приехала и нас вывела нас из-под линии огня.

Я вычеркнула тот вечер из головы. Вместе со всеми, кто там был. Вместе с красивым, опасным незнакомцем по фамилии Сивьеро.

И вот теперь этот мужчина — мой муж. У судьбы видимо своё чувство юмора, которое простым смертным не понять.