Книга Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь, страница 110 – Вероника Лесневская

— Я подобрала частный детский сад, вчера мы с ребятами впервые там побывали. Провели несколько часов, и им вроде бы понравилось, - косится на сыновей в поисках поддержки, а они поспешно кивают. Хоть и не синхронно, зато бодро и активно. - За воспитателя я ручаюсь лично. Предлагаю сегодня тоже отвести их в детсад. Если ты не против, - заканчивает совсем тихо, смущаясь моего пристального внимания.

Обвожу ее тягучим взглядом, забывая о границах приличия. И она будто физически чувствует это.

Зажимается, сцепляет руки в замок перед собой, скрещивает ровные, худые ножки, едва прикрытые краем короткого льняного сарафана, в который переоделась наспех, будто торопилась.

Хмыкаю. Останавливаюсь на острых коленках, неторопливо поднимаюсь к округлым бедрам. Лиля одергивает юбку, словно пытается сбросить с себя мой взгляд, нервно теребит пальцы. Вздохнув, подаюсь вперед, упершись боком в спинку стула, и беру ее за руку. Пока рядом Альбина, любой мой порыв можно списать на «легенду», чем я и пользуюсь. Все равно не позволю себе большего, а лишнее тепло еще никому не навредило.

— Согласен, хороший вариант, - поглаживаю ладонь, провожу по ободку кольца, будто в поисках оправдания своим действиям. Лиля не сопротивляется. Замирает, почти не дышит. Наверное, по-своему вживается в роль.

— Пусть Лиля зайдет с нами в группу, - выдвигает ультиматум Леша.

— Мы всем похвастаемся, что она наша мама, - Даня бесхитростно раскрывает их с братом коварный план.

Лиля сжимает мою руку, врезаясь ногтями в кожу. Беспомощно смотрит мне в глаза, теряясь и переживая из-за наивного предложения детей. Слишком остро реагирует. Подозреваю, что это связано с ее прошлым, и хочу аккуратно успокоить или перевести тему. Но управляющая опять гремит кружками, мешая нам разговаривать.

— Спасибо, Альбина, возвращайся к своим делам, - морщусь недовольно. – Оставь нас, - сурово приказываю, не удостоив ее взглядом.

Все мое внимание сосредоточено на Лиле. Поднимаюсь, отталкиваясь от стула, чтобы стать ближе к ней. Укладываю ладони на ее согнутые локти, сжимаю. Жду, пока мы останемся без посторонних. Тем временем она мельком бросает взгляд на стол и только сейчас замечает одиноко остывающий там кофе. Набирает полные легкие воздуха, грозно сводит брови и, неожиданно осмелев, подается вплотную ко мне, чтобы шепнуть чуть слышно на ухо:

— Если ты намерен как можно скорее себя угробить, то я не хочу в этом участвовать, - горячо и часто дышит. Злится так, что грудь судорожно вздымается, касаясь моего торса. Мы вплотную друг к другу, меня обдает жаром ее хрупкого тела, и это сильно дезориентирует. Срывает стоп-краны.

— Поймала на месте преступления, - выдаю с хриплым смешком и, обняв опешившую Лилю, целую ее в щеку. – Значит, сегодня у нас традиционный цикорий, - капитулирую, на миг задерживая упругую, напряженную фигурку в руках. Веду ладонью по ровной спинке, очерчивая пальцами позвонки. Забывшись и отпустив себя, прижимаюсь губами к виску, пока Лиля часто, рвано дышит мне в шею.

Нехотя отстраняюсь, выпуская растерянного мышонка из объятий. Разделяю ее чувства: я и сам не понимаю, какого хрена на меня нашло. Главное, что вовремя притормозил, не испугав Лилю еще сильнее.

Меня всего колотит, как в лихорадке. Она бордовая до корней волос. Но мы отворачиваемся друг от друга и расходимся по местам, будто ничего не случилось. Я возвращаюсь за стол, а Лиля, фыркнув, выливает кофе в раковину и принимается готовить нам завтрак.