Книга Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь, страница 54 – Вероника Лесневская

— За ваш личный счет, что ли? – перебиваю грубо. - Дайте весь чек. Моя жена не нуждается в подачках. Я сам заплачу необходимую сумму. Полностью.

— Как скажете, - соглашается притухшим тоном. – Надеюсь, вы действительно преследуете благие цели. Лилия заслуживает спокойной жизни…

— Она ее получит, - зло осекаю его, испепеляя взглядом. – Можете не волноваться по этому поводу.

«И на расстояние метра к Лиле не подходить», - добавляю про себя, лихорадочно сминая первый попавшийся под руку листок. Превращаю его в тугой ком и запускаю в урну под столом. Ловлю на себе настороженный взгляд доктора. Мысленно посылаю его к черту.

Нет, это не ревность. Скорее, возмущение и недовольство.

Мало того, что Богданов несвободен, так еще и слишком старый для юной училки. Он ведь примерно моего возраста, может, на пару лет младше. А ей всего двадцать три. Пятнадцать лет разницы – это целая пропасть. О чем он только думает? Решил жизнь девушке сломать?

Что касается меня, то я не претендую на Лилю как на женщину. Она даже внешне меня не привлекает. Отнюдь. У меня совершенно другие, четко обозначенные и весьма целомудренные планы. Просто сделка, которая поможет ей выкарабкаться из ямы долгов и безденежья, спасти мать, а мне – пристроить детей в надежные, заботливые руки.

Ничего личного.

— Учитывая новые обстоятельства, я повторю вопрос: вы предоставите мне историю болезни Софии Зиминой? – напоминаю растерявшемуся и явно приунывшему врачу. – Как родственнику… - настаиваю, подаваясь ближе к столу.

Богданов простреливает меня сизым, тяжелым и плотным, как густой туман, взглядом и, вздохнув, молча поднимается. Достает из шкафа нужную папку, опускает на стол передо мной. Возвращается в кресло, покачивается в нем, заставляя механизм и колесики противно скрипеть, в то время как я изучаю бумаги.

Листаю неторопливо, мельком пробегаюсь по тексту, но не выделяю ничего нового. Практически то же самое нарыл для меня Игорь. Во всех доступных документах причины травмы сводятся к несчастному случаю.

Даже в архиве нашей строительной компании, которая занималась объектом «Мечта», возле которого пострадала Зимина, я не нашел ничего подозрительного. Специально перевернул вверх дном всю базу – и вытащил тот злополучный отель. Он действительно был возведен нашими руками – не зря название показалось мне знакомым. Крупнейший проект моего отца. Однако и там… никаких нарушений и ни единой зацепки. Все чисто.

Все-таки роковая случайность?

Однако что-то царапает меня изнутри, не позволяет отступить. Шестое чувство? Или страх перед возможной реакцией Лили, когда она узнает правду? Судя по ее поведению, у нее развилось стойкое неприятие ко всем стройфирмам. Как только Лиля поймет, что моя компания пусть опосредованно, но все же причастна к трагедии ее матери, она замкнется в себе, включит никому не нужную гордость, откажется и от моей помощи, и от выгодного для нас обоих «сотрудничества».

Значит, пока лучше сохранить все в тайне. А потом… скорее всего, мне уже и не надо будет оправдываться. Иногда удобно балансировать на пороге смерти.

— Есть шанс поставить Зимину на ноги? - цепляюсь за рекомендации, перечисленные в медкарте.

— Я обещал Лилии выяснить все по поводу операции, - неспешно признается Богданов. – Да, есть, но небольшой. И уменьшается с каждым годом, проведенным ее матерью в инвалидной коляске.