Книга Душа кумира, страница 41 – Юлия Узун

— Райан, мне надо съехать из этого дома.

— Нельзя.

— С чего это ты мне запрещаешь?

— Тебе нельзя покидать этот дом, София.

— Эгоизм твой крепчает, смотрю. Не знала, что души на это способны.

— Ты должна отдать кольцо, которое под комодом.

— Это кольцо ей вряд ли нужно, Райан. Мне кажется, я теряю время попусту.

— Нет.

— Хорошо. Давай я раздолблю комод и достану кольцо. Мне опасно оставаться в твоём доме, как ты не понимаешь! Ты всего лишь привидение, которое не защитит меня и не спасёт. Меня… могут посадить в тюрьму.

— Не посадят.

— Откуда такая уверенность? Вон охрана! Если они заметят меня в этом доме, решат… — Я замолкла, нахмурившись. — Райан, когда я приехала сюда впервые, не помню, чтобы мы отключали сигнализацию.

— Код, который ты вводишь при входе отключает сигнализацию.

— Но… — я нахмурилась ещё сильнее и даже приподнялась на диване. — Но я была в доме, когда сработала сигнализация. Сама я её не включала, потому что просто не могу… Она же не срабатывает автоматически?

Призрак покачал головой. В темноте его силуэт был плотным и более человеческим. Мы смотрели друг на друга. Райан улыбался. А я пыталась сложить в голове два плюс два.

— Это… ты? Ты включил сигнализацию?

— А ты говоришь, что я не смогу тебя защитить.

— Но как… — я всё ещё находилась в шоке.

— Силой мысли.

— Покажи! — с воодушевлением попросила я. — Покажи… докажи, что ты можешь касаться предметов. Реле не могло щёлкнуть от воздуха… или могло?

— Оно не сразу поддалось, но я смог. Только, София, не проси меня повторить. На это уходит много энергии, и я теряюсь где-то. Сам не знаю, куда исчезаю.

Как бы я ни просила, Райан был непреклонен. Спать мне не хотелось. Он сказал, что раньше он складывал в бар напитки, и я могу посмотреть. Я действительно нашла в баре напитки, но это был алкоголь, а напиваться у меня не было ни малейшего желания. Поэтому вернулась на диван и снова укрылась пледом.

— Хорошее местечко. Тихое, — сказала я, разглядывая небольшое помещение.

— Когда устраивал на вилле вечеринки, иногда уставал и хотел уединиться. Тогда шёл сюда. Здесь же творил, потому что никто бы меня не нашёл и не прервал. А бывало, уединялся здесь с женщинами.

— Бурная у тебя была жизнь.

— Не жалуюсь.

— Райан, а ты хотел бы вернуться и… жить?

— Да, я бы поборолся. Хотя бы для того, чтобы коснуться тебя, София.

Его лицо приблизилось, и я рассмотрела его глаза. Глаза, горящие желанием жить.

Я пыталась уснуть. В комнате горели ночные лампы, и от них по стенам ползли мрачные тени. Я всегда их боялась. С самого детства. Они жили своей жизнью, вытягивались, искажались и шевелились.

И вдруг я поймала себя на жуткой мысли: почему же я не боюсь Райана Финча — привидения?

Он мёртв. По всем логичным законам мира это должно было пугать, холодить кровь, заставлять включать свет и проверять, не мерещится ли.

Но тени пугали меня больше.

Наверное, потому что тени пустые. В них нет ни намерения, ни голоса, ни разума. Они молчат и потому позволяют воображению дорисовывать самое страшное.

А Райан… Он был настоящим. Он выглядит чуть прозрачнее живого человека, но при этом слышит, говорит, мыслит.

Возможно, я боялась одиночества сильнее, чем смерти. Именно поэтому мёртвый человек — его душа — не казался мне опасным. Без него в доме было тихо. Слишком тихо. А тишина — это именно то, что действительно пугало.