Книга Душа кумира, страница 51 – Юлия Узун

— Надо понять пропорции. На примерки времени не будет, — говорил он, обходя меня кругом. — Платье через два дня сразу отправится на сцену. Самое нежное, летящее.

Он работал сам. Без ассистентов и без стилистов. Лента скользнула по моим плечам, по талии, задержавшись дольше, чем требовалось. Его пальцы будто случайно касались кожи. Я дёргалась, он извинялся.

— Отличная линия шеи, — почти прошептал он. — Камера тебя полюбит.

Я сделала шаг назад, но он шагнул ближе. Лента мягко обвила запястье, затем он снял её, не отпуская моей руки. Я сглотнула.

— Голос есть, лицо есть… — напомнил Ник с той самой обворожительной улыбкой. — А вот кто ты, мы ещё посмотрим.

Его дыхание стало ближе. Моё сердце билось всё сильнее, и, признаюсь, не от предвкушения. От страха. Его пальцы коснулись моего подбородка, губы оказались на уровне его губ.

— Лицо прекрасно, — томно произнёс он и наклонился, чтобы поцеловать. И я знала, что не смогу сопротивляться. Руки, однако, уткнулись в его грудь. Он задержался, глядя мне в глаза. — Не бойся, София. Тебе понравится…

После этих слов в комнате что-то изменилось. Сначала это был сквозняк. Холодный и внезапный. Окно распахнулось с такой силой, будто его толкнули изнутри. Занавеска взметнулась и хлестнула по стеклянной вазе на маленьком столике. Та качнулась — нереально медленно — и сорвалась вниз.

Хруст. Звон. Осколки разлетелись по полу.

Ник отшатнулся от меня, выругался сквозь зубы, сказал что-то о баснословной стоимости вещицы, затем машинально присел, собирая блестящие фрагменты дорогого стекла.

— Чёрт… Да что за… Здесь никогда не было сквозняка!

Занавеса накрыла его лицо, и Ник не нарочно запутался в ткани.

Я не сдвинулась с места.

Прохлада стала ощутимее. Я осматривала комнату, желая увидеть своего спасителя. Я чувствовала его рядом, но не видела.

Ник никак не мог высвободиться из ткани, ладонь угодила на разбитое стекло. Занавеска окрасилась кровью. И вот тут я увидела… В воздухе, над склонившимся Ником, начали проступать очертания. Сначала едва заметное дрожание, как марево над раскалённым асфальтом, потом уже я разглядела плечи, светлые волосы, капюшон худи.

Впервые Райан был виден так неясно. Очень прозрачный — не такой, каким я его встретила в подземном переходе в первый день. Он как будто таял.

Он стоял прямо над Ником, глядя на него сверху вниз с таким выражением, от которого даже у меня перехватило дыхание.

— Ты мне не поможешь? — раздражённо бросил Ник.

Я молча присела и помогла собрать осколки. Райан молчал, а я не могла ни о чём спросить. Зато я смотрела на Ника и пыталась понять, что здесь не так. Ясно, что он не просто самоуверенный имиджмейкер. В нём было что-то ещё. Какая-то странная тень.

— У вас с Райаном Финчем были ссоры, да? — спросила я спокойно, хотя внутри всё дрожало.

Ник замер.

— Что?

— Похоже, вы недолюбливали друг друга…

Лицо Ника изменилось мгновенно. Удивление, почти испуг. И вдруг — жёсткая усмешка.

— Он тебе рассказывал? Что ты знаешь об этом?

— Только то, что между вами не было дружбы.

Несколько секунд он смотрел на меня, поражённый.

— Слушай сюда, София, — голос стал ниже, — лучше не пытайся лезть в прошлое. Там ничего полезного для тебя нет. Живи сегодня. Финч умер, его нет, а значит, и проблем нет. — Он вздохнул, когда я промолчала, затем смягчился: — Через два дня у тебя выступление. Сосредоточься на нём. Не порть со мной отношения, София. Это не в твоих интересах.