Книга Я не дам тебе развод, страница 74 – Алиса Вебер

Именно такой я представляла себе торжество. Не хватало только моих родителей. Ну и свекрови тоже. Но они бы не поняли, зачем повторять свадьбу. Зачем подписывать красивую, но ненастоящую бумажку. Но я оценила старания мужа. Он хотел сделать все так, будто это наша первая свадьба, которая происходит на самом деле.

— Спасибо за такую неожиданную и чудесную свадьбу, — поцеловала мужа и прижалась к нему. — Я даже не ожидала, что сюрприз будет именно такой. Ожидала чего угодно, только не свадьбы, даже когда надела белое платье, все равно не представляла…

— Рад, что смог тебя удивить. Теперь я чувствую завершенность. Надеюсь, ты тоже. У нас с тобой первая брачная ночь, Эльза, не расслабляйся, — шепотом на ушко сказал Давид, и я залилась краской.

Если вторую свадьбу Абрамов смог устроить, то первую брачную ночь вряд ли получится повторить. Я уже не та невинная девушка.

— А теперь все идем на яхту, праздновать, — сказал громко муж и подхватил на руки сына.

Другой рукой обвил мою талию и повел меня к лестнице, по которой мы взошли на пирс. Возле каменного пирса качалась на волнах белоснежная красавица. Я прочитала название и обомлела.

«Эльза» — так называлась яхта.

— Ты назвал ее в честь меня? — удивленно спросила, разглядывая судно.

— Да, в честь тебя. Прошлое имя ей не шло. А теперь мне очень нравится.

— А какое название было у нее раньше? — я вцепилась в поручни, боясь услышать имя его бывшей любовницы.

— «Аполлон» ее звали, — усмехнулся муж, и я прыснула со смеху.

— «Аполлон», — повернулась к Абрамову. — Она же девочка!

Давид рассмеялся и предложил провести экскурсию. Он водил меня по просторным каютам, помогал взбираться по крутым лестницам. Спальню тоже показал.

Действительно, подводный мир был как на ладони, огромный иллюминатор занимал всю стену. А кровать начиналась прямо от порога и размещалась по всей площади. Можно лежать и разглядывать то, что творится под водой.

А можно не лежать. Заметила жадный шоколадный взгляд. Давид готов прямо сейчас запереться в этом своеобразном аквариуме.

— Ты такая красивая, мечтал увидеть тебя в белом платье снова, — прошептал с хрипотцой, прижимая меня к стене.

— И в куче бриллиантов, — ткнула легонько в его тугой пресс. — Ты меня как елку разукрасил, Абрамов. И не побоялся, что украдут?

— Никто не посмеет украсть то, что принадлежит мне, — склонился к моим губам. Поцеловал так жадно, что дух захватило. — Пойдем, там команда нам стол накрыла. Только один вопрос — можем выйти в море или у берега постоим? Просто ты боялась, что Матвейку укачает… Но мы можем сразу вернуться.

— Давай в море выйдем, — немного подумав, ответила я. — Ненадолго.

Для нас накрыли стол на палубе, мы праздновали, снова танцевали. Потом стояли и смотрели на волны. Давид держал сына на руках. Матвейка сопел, пытаясь оторвать пуговицу на рубашке отца.

Мой уже дважды муж стоял и задумчиво смотрел вдаль. Я прильнула к нему, обняла. Он обнял в ответ. Я навсегда запомню эти мгновения счастья.

— О чем задумался?

— О вас… О тебе и сыне. Так быстро поменялась моя жизнь. И раньше она была ненастоящая будто, бутафорская. Лишь теперь понимаю, что начал жить по-настоящему. Дышать полной грудью.

— И я тоже три эти года жила не по-настоящему, а теперь чувствую, что все будет иначе, — призналась я, млея от близости мужа.