Книга Два чуда для майора Северова, страница 33 – Лена Лорен, Алиса Вебер

— Ты приехал меня оскорблять? — взбеленилась, в обиду себя не дам. — И какие такие вещи? У тебя помутнение рассудка? Забыл, что нас выгнал?

— Слышь, не парь мне мозг, а? — поморщился, словно я была надоедливым комаром. — Ничего я не забыл. Погорячился я, зря я так с вами, мама еще со своими нравоучениями… Короче, давай без лишнего базара домой поедем?

— Ну знаешь! — я возмущенно зафыркала, подыскивая в воспаленном мозгу достойные ответы, но держать ответ мне не пришлось, поскольку из комнаты выбрались все разом.

И мама, и папа, и даже бабушка…

— Что здесь происходит? — папа набычился, выдвинутая челюсть говорила о том, что он приезду Вадика не рад.

Сперва, сразу после отъезда Северова, он на меня наехал, не так всё понял и обвинил в том, что я любовника завела, а вся эта “байда” с ЭКО лишь для отвода глаз. Но под гнетом бабушки удалось ему втолковать, что к чему.

Родня однозначно приняла мою сторону. Папа ярился и грозился оторвать Вадику руки и ноги, мама утешала меня и дала выплакаться на плече, бабушка ругала мужа и свекровь последними словами.

И именно поэтому меня так удивило, когда она вступила в разговор.

— Это я Вадиму позвонила. Негоже так, ребята, вы что тут развели? Жена должна жить с мужем, даже если он поступил как последний скот. Тебе не стыдно, Вадим? Извиниться не хочешь? Ты за что, ирод окаянный, мою внучку обидел? Ей теперь одной на себе двоих детей тащить?

От ее грозного взгляда в свое время чуть не писались рабочие в цехе ремонтного завода, где бабушка двадцать лет работала начальником, так что и Вадим опешил. Нервно задергался и счел за лучшее отжать себе немного личного пространства, отодвигаясь в угол. Стоял там и гнусно улыбался. Не любил он никогда мою бабушку, ведь она всегда рубила правду-матку в лицо.

— Спрашиваю, не стыдно ли тебе жену было на улицу в мороз выгонять?

— Я за женой и приехал! — горделиво выпятил грудь. — И за детьми.

— Правильно, — брякнула бабушка, — семья есть семья. Коли штамп в паспорте поставили, так и живите. А решите развестись, так это только после того, как детей воспитаете. Ишь чего удумали! Дети родиться не успели, а они в ЗАГС бегут! Молодец, что приехал! Мужиком надо быть, а не сосунком недоразвитым!

— Какой молодец? Бабушка, — я с мольбой посмотрела на нее, — я не поеду с ним. Он меня выгнал.

Бабушка оперлась на трость, ее командирский тон сотрясал тонкие стены квартиры.

— Откуда выгнал-то? Из вашей общей квартиры, за которую ипотеку платите? Там твои метры! Может, это тебе его выгнать надо, раз ему спокойно на жопе не сидится? Имеешь право жить, и дети — тоже! Или понравилось на раскладушке спать?

— Правда, дочка, — ко мне бочком протиснулась мама, взяла за ладонь, — в тесноте, да не в обиде, всё правильно, и рады мы были вас увидеть, мы тебе всегда рады, моя хорошая, да только бабушка права. Здесь тебе с детьми мало места, в городе-то всяко побольше условий для детей, о них подумай, в садик пойдут, ты же документы подавала, через дорогу он у вас, хороший садик-то… Мы тебе только добра желаем. Вадик, ты уж приди в себя, не надо так с Элечкой.

— Мать дело говорит, — папа присоединился к разговору, — ты проходи, Вадим, раздевайся. Поговорим по-мужски. Бабы ор развели, я хочу во всем разобраться досконально. Вещи собрать успеете, а пока за стол давайте. Накинем по рюмашке за наступивший год. Обсудим всё по-семейному. Милые бранятся — только тешатся.