Книга Притяжение, страница 48 – Мария Владимирова

— Нет! Я всю голову сломал, ищу ему оправдания, а их просто нет. Их нет, Мия!-Тебе не кажется, что все слишком гладко? Слишком просто?-Иногда истина лежит на поверхности, а мы пытаемся искать ее глубже, строя иллюзии. Давай смотреть правде в глаза, — Мурад разрывается в волосах, дышит часто, тяжело, — Как мне объяснить это жене, Мия? Как сказать, что ее мать мертва, а брат возможный убийца? Как уберечь ее? Где найти доказательства невиновности друга?У меня нет ответов на его вопросы, я сама задаю их себе постоянно, и от них меня ломает не меньше, чем от горя из-за гибели отца.

Мурад проводит у нас много времени, долго наедине общается с Мадиной, долго пьет чай на кухне, словно уходить не хочет. Мадина провожает сына поздно, с тяжелым сердцем, по ней заметно, как она встревожена, а потом молча уходит к себе. Я укладываю Нику спать, читаю очередную главу "Русалочки", а потом, когда дочка крепко засыпает, отправляюсь выпить чай в кухню. Ощущаю себя кентервильским приведением, скитаюсь ночами по дому.

Завтра с утра будем перебираться на первый этаж, там большая гостиная, с ней разместиться наша охрана, просторная гостевая комната, мы втроем будем жить в ней, немного неловко от того, что Мадину вытесним на тахту, а сами займем с Никой кровать. Я предлагала разместиться на тахте мне, но наша няня отказалась, говорит, правильнее матери с пать с ребёнком.Как-то свежо в коридоре, по ногам обдает холодом. Прислушиваюсь. Тихий свист- ветер. Вероятно, не закрыли окно внизу. Быстро спускаюсь по лестнице.

Свет не включается, а на втором горит. Странно! Ощущаю, как подскакивает адреналин, уговариваю себя, что ничего страшного не происходит, просто пробки выбило, злюсь на колотящееся сердце. А ведь и правда ничего страшного, окно открыто в кухне. На подоконнике уже намело снега, стряхиваю его, захлопываю окно. Охрана обходит периметр. Чего я всполошилась? Мы же не одни здесь.Грею на газу чайник, завариваю. Смотрю в окно, как вокруг фонаря кружиться снежинки. Тишина. Зимняя, уютная тишина.

Подношу горячую кружку к губам, в этот момент что-то негромко падает на пол. От неожиданности и очередной порции адреналина расплескиваю чай. Кипятком ошпариваю живот и бедро.-Вот черт! — шиплю, оттягивая прилипший к телу халат.Несусь в ванную, там есть во что переодеться. В холле резко торможу, вспомнив о том, что меня напугал какой-то звук. Замираю, потом медленно, на носочках крадусь к ванной. Вот же дура! Надо на второй этаж подняться, там есть свет, там телефон, можно позвонить охране, они зайдут в дом. Просто так сейчас выбежать к ним я не могу, мокрый халат облепил, как вторая кожа, слишком откровенно.

Быстро поднимаюсь по лестнице, чудится мне, будто сзади чьи-то тяжёлые шаги, замираю, оборачиваюсь- никого. Мия, успокойся, но сердце только ускоряется, отбивая барабанную дробь, становится жутко.

Влетаю в комнату, Никуся сладко посапывает, по потолку весело бегают фигурки из ночника, все спокойно. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох, медленно сползаю по стене вниз. Это все твоё воображение, Мия. Хочется даже расплакаться сейчас. Не успеваю...Входная дверь, тихо поскрипывая, открывается, впуская темный мужской силуэт, закрывается на доводчике. Резко подскочив, хватаюсь за телефон, но рука, перехватившая мое запястье, жмет на какую-то точку на моей ладони, телефон сам выпадает из рук. Мы в ловушке...