Книга Всё равно будешь моей, страница 100 – Татьяна Катаева

Слов слишком много. Волнения ещё больше. Но желание… Оно преобладает сильнее всего.

— Ещё, — шепчу.

Он снова входит в меня. В этот раз медленнее и нежнее. Движения плавные и лёгкие. Я не чувствую абсолютно никакого дискомфорта. Наоборот. Мне кажется, наши тела созданы друг для друга. Потому что сейчас они стали одним целым.

— Люблю тебя, — в порыве страсти говорит Горский, — Люблю.

Движения набирают темп, силу, власть. Я уже не принадлежу себе, я полностью в его власти. Я стону и кончаю, пока он ещё яростнее вбивается в меня и на выдохе снова шепчет "Люблю".

Я горю в агонии. Только впервые это агония счастья, если такое вообще возможно.

— Без тебя моё сердце вдребезги, — повторяет.

— И моё без тебя, — выдыхаю.

Матвей

Ущипните меня кто-нибудь, приведите в чувства. Хотя нет. Не трогайте. Если это сон, не хочу просыпаться. Хочу быть в нашем с Мирой раю. Вот только ад ближе к нам. Он сразу за этими стенами. Он такой огромный, что мне, взрослому парню страшно. Лучший вариант держать её в этих стенах и не выпускать.

Но найдут же. Балканов не остановиться. И всё станет только хуже. Надо бежать, единственный вариант. Тем более после того, как она подарила мне самое ценное, что имела.

Разве я мог об этом мечтать?

Мог и мечтал. Сгорал от желания обладать ею.

Разве этого хотел?

Этого и ещё больше, ярче, сильнее. Хотя где там сильнее? Люблю ведь её до безумия. Как раньше этого не осознавал, не признавался ни ей, ни себе? Как?!

Теперь чувств так много и я не могу их контролировать. Размазывает по этих же стенах.

Обнимаю одувана, прижимаю к себе. Даю время отдохнуть. Член с катушек сорвался, близости ещё желает. Даже не собирается падать. Ему эти два раза ни о чём. Слишком голодал всё это время. Слишком хотел быть загнан в те тонкие стеночки. Ему было тесно там, тепло, кайфово. И он хочет ещё. Как в принципе и я.

Моя смелая девочка приняла такое важное для нас решение. Она отдала мне свою девственность. А я взамен отдал своё сердце. Навсегда.

Однолюб ведь. Знал, что если когда-то и полюблю, то это навсегда. Поэтому и не любил. Не подпускал к себе. Не пытался завести отношения без чувств. Не давал девушкам надежды.

Я всегда был честен с ними. Не обманывал и не создавал мнимых отношений. Всегда…

И впервые в жизни, я начал отношения с обмана. Самые важные отношения, и получается единственные.

Тот гребаный спор, был лишь поводом быть возле неё. Быть частью её жизни. Как мне теперь ей рассказать о нём? Как? Не поверит же сейчас. Тем более будущее сейчас так туманно. Неизвестно. Потом! Я расскажу ей, когда история с Балкановым будет в прошлом. Когда мы сможем спокойно выдохнуть и быть вместе, не скрываясь.

Делить её с целым миром, а тем более с барыгой, я не собираюсь. Моя! Теперь она только моя. Осталось этот вопрос с ней решить.

Мира трётся об меня своей попкой, прижимается ещё теснее и ближе, и всё-таки засыпает. Я же, как какой-то маньяк не сплю. Вдыхаю её аромат, трогаю волосы, плечи, тату. Смотрю на потолок, и пытаюсь не задохнуться от переизбытка собственных чувств. Одувана слишком много во мне. Больше чем меня самого. Она заполнила каждый угол моей пустоты, и переполнила чашу чувствами.

Моё маниакальное желание обладать её телом и душой, лишь сильнее заострилось. Руки горят на её коже. Дрожат, но продолжают трогать и гладить. Ей, наверное, нельзя больше. Первый раз ведь. Надо дать телу отдохнуть, зажить. Кровь ведь была, а значит, внутри может что-то повредиться. Наверное. Или же нет. Это обычная девственная плева. Я не был готов к её первому разу. Мечтал о нём. Но не готовился. Наверное, не верил, что это произойдёт, пока не отменится свадьба.