Книга Всё равно будешь моей, страница 13 – Татьяна Катаева

— Гора, дыру в девке просверлишь, — Макс тут как тут. Протягивает мне бокал виски. — Смотри, а то барыга спалит.

— Чего? — перевожу взгляд на него. — Чё за хуйню ты несёшь?

Какого он вообще тут? Чего наблюдает за мной?

— Эмма, пойди, прогуляйся, — снова начинает Макс. Тут я с ним согласен. Не стоит уже на неё. — Платочек дать тебе, слюни подотрешь? — ржёт этот идиот и протягивает мне салфетку.

— Ты, что, ахуел? Что стелешь? — хватаю его за футболку. Водка перемешалась с виски, и в глазах немного двоится. Но, это не мешает мне, надрать другу зад.

— Гора, прекращай притворяться. Я ж вижу, девка тебя заинтересовала.

— Допустим. Но она скоро замуж выходит, сам говорил. А я, как ты знаешь, с замужними ни-ни.

— Она же не завтра замуж выходит. Та, и всё равно она тебе не по зубам. Смотри, какая правильная вся.

— Ебать, а когда меня это останавливало? — сдуру говорю я.

Вот нахуя?! Нахуя??! Знаю, же плохо всё закончится. Знаю же, что нельзя так поступать.

— Спорим? — вдруг вываливает Макс новый бред.

— Что?! — не сразу улавливаю я его идею.

— Спорим, что не сможешь её оприходовать до свадьбы?! Она же целка ещё, уверен.

— С чего взял это?!

— Потому что у барыги в семье так заведено. Женятся на девственницах. Ещё и в брачную ночь простынь показывают. Мол, вот, смотрите, какой я самец.

— Откуда знаешь? — и нахуя я вообще веду этот бредовый диалог. Я так не поступлю. Нельзя, блядь. Неправильно.

— Родаки с его предками общаются. На свадьбе одной гуляли вместе. Так там, прямо посреди брачной ночи, жених простынь выносил, показывал.

— Блядь, что за средневековье?! Они в какую эпоху живут?!

— Не знаю, брат. Но так что? Готов спорить? Или реально будешь расценивать свои шансы? Ведь хуй у тебя получиться. Уверен.

— Ты меня на понт не бери. Чем завлечь к спору готов? Слишком высоки ставки, чтоб мелочиться.

— Ок, бро. Что хочешь? Байк мой, хочешь?

— Байк твой? Не знаю. Давно себе такой хотел.

— Вот и получишь, задаром. Так, а мне что, если проиграешь?

— Машину свою отдам. Но, я не проиграю, будь уверен. Так что, байк готов подарить?

— Ладно. Согласен.

— Но, есть условие. О споре никому. По рукам? — протягиваю ему руку, Макс даёт свою в ответ.

И на хрен я влез в это дерьмо? Зачем?

Разве думаю я в эту секунду о бедной девушке, которая до сих пор сидит возле барыги и уже можно сказать засыпает. Вижу её милое лицо, и губы растягиваются в улыбке.

Её белые волосы сейчас в полном беспорядке, голова лежит на плече у Рустама, а тот не стесняясь, строит глазки сидящей рядом шатенке. Но божьему одуванчику плевать. Она мило зевает и продолжает лежать с закрытыми глазами.

Барыга же времени не теряет, убирает руку от мышки, и уходит с девушкой. Вообще охренел. Рядом его будущая жена, а он, не стесняясь, идёт трахаться с другой. Сейчас мне кажется, что ничего такого не произошло, и что спор этот спасёт мышку от ненужного ей брака.

Как только дверь за ними закрывается, подхожу к божьему одуванчику, беру на руки и несу в сторону своей машины. Что сука творю, не понимаю. Инстинкты работают на удалёнке. Просто хочется забрать её с этого хаоса. Хочется дать ей отдохнуть и поспать.

Мышка, божий одуванчик — ещё не решил, какое прозвище ей больше подходит. Оба мне нравятся. Как и она сама.