Книга Всё равно будешь моей, страница 84 – Татьяна Катаева

— Я думаю, что минут через пятнадцать, парочка где-то уединиться. Сбежишь тогда ко мне?

— Матвей…

— Сбежишь, — заключаю. — Буду трахать твой рот языком, и представлять, что нахожусь у тебя между ног. А ещё, хочу отодвинуть это платье в сторону, и целовать твои соски. Пальцами собирать влагу между ног и облизывать их. Мой сочный одуван…

Лицо Миры горит ужасно. Я уверен, она представила всё, что я сказал. И она хочет этого, как и я. У самого член колом стоял бы, если бы неплотно облегающие штаны, которые сдавливают мой член.

— А знаешь что, — начинает говорить моя мышка, — я бы сейчас сняла твои штаны, достала с трусов член, и взяла его в рот.

Я рот открыл, от её заявления. Моя скромница Мира, такие вульгарности говорит.

— Одуван, если ты хотела, что бы я только об этом и мечтал. Поздравляю. Ты этого добилась.

Мира улыбается очень искренне и красиво. Она вообще невероятная. Такая искренняя и безумно красивая. Как я раньше мог этого не замечать?!

Песня закончилась, Рустам и Крис подошли к нам.

— Договорились? — спрашивает Балканов.

— Та с ней попробуй договориться. Ультиматумы ставит, — представляешь? — веду с Рустамом типа дружескую беседу. А самому убить его хочется. У него такой бриллиант под боком, а он стразики собирает.

— Понимаю, — заключает Балконов.

— Спасибо за танец Мирослава. Когда выберешь время для интервью, сообщи. Я парней подтяну.

— Хорошо, — только и говорит она.

Возвращаюсь к парням и теперь только и жду, когда цыган утащит за собой Крис. Но он почему-то медлит. А время тянется бесконечно долго. Тем более Мирославу, постоянно кто-то зовёт на танец. Она уже и с Балкановым старшими танцевала, и со своим отцом, и ещё какими-то неизвестными мне личностями.

Блядь, все могут с ней потанцевать, поговорить, дотронуться. Один я стою в дальнем углу холла и наблюдаю. Я, блядь, даже открыто смотреть на неё не могу. Ревность, это яд. Он травит меня изнутри, и я не могу ничего с этим поделать.

Иду в туалет, и умываю лицо холодной водой. Это хрень какая-то. Что к ебеням происходит?! Разве можно с ума сходить из-за ревности? Получается можно.

Выхожу с туалета, и слышу очень громкий разговор.

— Ты, что, вообще охренел сынок? Нахуй потаскуху свою сюда привёл? А если Мира догадается?

— Пап, ничего она не поймёт. Она вообще в этих вопросах слепая.

— Слепая, не слепая, но она женщина. Тем более красавица такая. Пока ты бесоебишь и хрен свой непонятно куда тыкаешь, от твоей невесты мужики не отходят. Что люди скажут и пресса напишет? Ещё раз увижу её без тебя, пеняй на себя. Понял?

— Не ори, понял.

Они возвращаются в зал, и Рустам первым делом идёт на танцпол, и забирает Миру у её отца, танец продолжается. И потом, весь вечер он не отлипает от неё.

Мира устала. Это видно по её напряжённым плечам и уставшим глазам. А Рустаму по хрен на её чувства. Он ещё больше прижимает её к себе, и даже один рад целует при всех. Разве он не понимает, что она не любит этих прилюдных обнимашек? Что она стесняется и чувствует себя не комфортно.

И вот, стою я. Тот, который умело, прячет свои эмоции. Тот, которого просто так никто не может вывести из себя. Тот, который десять раз подумает, прежде чем что-то сделать. Тот, который уже сотни раз объяснял себе, что Мира вынуждена быть с Балкановым.