Книга Любовница, страница 17 – Елена Рай

— Не болит, — прячу лицо за рюкзаком.

— Парень отругал из-за цветов?

— Родители, — ступаю на запретную территорию. Ни с кем не делилась личным, кроме сестёр.

— Я могу объясниться перед ними.

— Нет!

— Почему?

— Чтобы у меня не возникли ещё большие проблемы, Леонид Борисович!

Эмоции трудно держать при себе, когда сердце ноет и не может найти своего успокоения. Мне кажется, что ничего нельзя исправить, и я обречена на брак с Антипом не по любви. Смириться и стать невидимкой. Я же ею была столько времени, чтобы именно сейчас устраивать бунт.

Это всё Леонид и его странное поведение рядом со мной. Я не глупая, чтобы не понимать, куда могут привести такие отношения. Прямо в его постель.

Он обещал меня больше не трогать. Мужское слово всегда имеет силу. Надеюсь, что Леонид из числа тех, кто им дорожит и не бросает на ветер.

— Куда вы меня везёте, Леонид Борисович?

— Домой.

Рядом с подъездом припаркована машина Антипа.

Почему он приехал в такое время?..

— Я провожу, — Леонид глушит мотор.

— Можно я выговорюсь? Мне очень надо. Потом легче становится, — смотрю на него открыто и без тени сомнения в своих словах.

— Ну, давай, — откинув голову на подлокотник, смотрит в лобовое стекло.

— Родители хотят выдать меня замуж. Мужчина, наверное, хороший, но я его не люблю. Он им обещал финансовую выгоду, — перевожу дыхание, собирая мысли, словно бисеринки на леску. — И не знаю, что с этим делать, чтобы не накликать беду уже на своих сестёр. Кто знает, что матери и отцу в голову придёт.

— Договорной брак, — до скрипа сжимает кожаную оплётку руля двумя руками. — Хочешь я твоим родителям деньги дам? Много дам, чтобы не творили дичь всякую.

— Что?!

— Варь, я дам денег. Сколько?

— Я душу открыла, а не клянчила у вас деньги! — хочу выйти, да дверь заблокирована.

— Угомонись, строптивая!

Вдавливая меня в пассажирское кресло, Леонид смотрит не в глаза, а на мои чуть приоткрытые губы. Между нами миллиметры.

Он обещал…

— Я могу помочь.

— Сделайте пожертвование, как другие, — более спокойно отвечаю.

— Куда?

— В церковь.

— Всё так серьёзно? — вскидывает вопросительно брови.

— У нас своя община. Она, как семья. Спорить или доказывать что-то я не буду. Каждый выбирает свою веру.

— А ты во что веришь, Варвара? Уж точно не в свою общину, раз сбежала посреди ночи из дому.

— Откуда вы… — подозрительно сужаю глаза.

Слишком много он обо мне знает. Особенно о том, что случилось после моего «побега». Спрашивать лишнее – продлять беседу, а мне уже пора.

— Дай телефон, — протягивает ладонь. — Варя…

Леонид с минуту крутит его, рассматривая. Включает его. Забивает неизвестный мне номер.

— Это мой, — сухо поясняет. — Отвечаешь сразу, как пишу. Поняла?

— Ладно.

— Если что-то случится – тоже. Поняла?

— Зачем вам это?

— Поняла?..

— Хорошо.

— А теперь беги красавица, пока тебя не съел коварный серый волк. Уж очень велик соблазн нарушить собственное данное слово.

Задумавшись, смотрю ему в глаза. Озарение приходит моментально. Выпрыгиваю на улицу, словно трусливая зайчиха. Бегу до подъезда, не оглядываясь.

Дома встречают меня приветливо.

Мама, что не свойственно ей, попросила прощение и обеспокоилась моим внешним видом. Отец тоже проявил сочувствие, но более сдержанное, а потом отвёл под руку на кухню, где за столом сидел Антип.