Книга Любовница, страница 24 – Елена Рай

— Спасибо, что сказала мне об этом, Варь, — целует в краешек губ.

— Мягкой посадки, — кусаю щёку изнутри, сдерживая порыв броситься в его объятия. Мне страшно оставаться сейчас одной. Цепляюсь за свои чувства, что живут со мной, когда мы вместе.

— Послезавтра я буду с тобой.

— Пиши мне, — не отвожу взгляда с его лица, запоминая каждую черточку.

— Вечером позвоню по видеосвязи, Варенька.

Галина Семёновна сделала мне массу комплиментов, как я похорошела в обновках. Было неловко, когда она стала расспрашивать о стоимости платья и туфель. Не услышав от меня ничего вразумительного, ушла в отдел кадров к девочкам. Они будут сплетничать обо мне. Девушки видели меня на первом этаже.

Приступив к работе, беру в разработку дизайн визиток Леонида. Фантазия улетает далеко-далеко в будущее. Его компания занимается разработкой и производством лекарственных препаратов и БАДов. Мы имеем широкую целевую аудиторию. От мала до велика.

Рисую семейную пару на берегу: двое взрослых и двое детей. Чуть вдалеке пожилые, где мужчина бережно поддерживает за руку свою любимую. Бирюзовые и золотистые оттенки. Получилось, что-то волшебное и такое родное, что у меня дух захватывает от одной картинки. Рисую логотип и сразу отправляю Леониду.

Не думаю, что ему понравится. Не отвечает. Его самолёт в небе.

— Мама?! — резко поднимаюсь с кресла, когда она заходит вместе с Галиной Семёновной в кабинет.

— Варь, увидела твою маму. Она говорит, что ты не отвечаешь на звонки. Под свою ответственность провела сюда. Что у вас происходит?

— Ах, ты тварь неблагодарная, — сплёвывает под ноги, отталкивая моего руководителя от себя. — Продалась за шмотки, как проститутка?

— Мама, не нужно, — пячусь к шкафу.

— Женщина, вы что творите?! — взвизгивает Галина Семёновна. — Вы здоровы?

— Пришла сказать тебе, Варвара, что ты никому не нужна будешь, если не возьмёшься за ум и не перестанешь думать одним местом, как течная сука!

— Как вы можете так разговаривать со своей дочерью? Вам самой не стыдно?! — Петренко в ужасе смотрит на мою мать.

— Если не одумается – у меня нет больше дочери, — смотрит в мои глаза и говорит голосом, лишённым жизни: — пройду мимо, когда она паперти с протянутой рукой будет стоять.

— Как твои дела, Варенька? — через динамик телефона слышу голос Леонида, будто он рядом. На самом деле он далеко-далеко отсюда.

— Всё хорошо, — прикрываю глаза, когда в них начинает печь от набежавших слёз.

— Ты меня обманываешь, Варя. Что случилось?

— Мама на работу приходила.

— А в выражениях она у тебя не скупится, — услышав в его интонации досаду и раздражение, сразу же меняю тему.

— Я уборку сделала. Немного не разобралась в работе робота-пылесоса, но думаю, что одержу над этой машиной безоговорочную победу, — у меня получается поднять себе настроение своей неумелостью в использовании современной бытовой техники.

— Очень плохо, Варя.

— Почему?.. — вся легкость испаряется, подобно дымке.

— Потому что тебе после работы нужно было отдыхать. Покушать, принять ванну и… И постараться не думать о плохом. Какие бы не были родители, но и останутся ими, чтобы не случилось.

— Мне больно об этом говорить, — растираю влагу по щеке.

— Время лечит, — произносит с чувством большого жизненного опыта. — Какие планы на вечер?