Книга Большая месть маленькой женщины, страница 32 – Елена Рай

— Выздоравливай, болезный, — посылаю ему обворожительную улыбку, — а я пошла его подрывать всеми возможными способами.

Коротко кивнув Степану, удаляюсь.

Этого здоровяка я не простила. Точнее не простила до конца. Он разбил папину кружку. Одну хоть оставил в целостности, медвежатник глухой.

В «Дикой кошечке» многолюдно. Общую массу, естественно, составляю мужчины и Я.

— А вы из «этих»? — салютует мне бокалом виски странный тип.

— Я за тех, кому за тридцать, — отвечаю с лёгкой ухмылкой, — в моём возрасте уже не стыдно смотреть на «такое».

— Ты, как всегда, Гель?.. — Гектор одним касанием поправляет лямку на плече, что пикантно опустилась.

— Всегда обворожительна? — разворачиваюсь к нему лицом.

— Несомненно, — подаёт руку.

— Как твоё здоровье? Голова болит?..

— Лучше, — чувственно приподнимает уголки губ.

— Извини, если отвлекла тебя от важных дел, — якобы виновато опускаю взгляд.

Склоняется к уху, чтобы жарко прошептать:

— Спартак, как ты думаешь?.. — пауза, от которой у меня подкашиваются ноги, учащается дыхание и в трусах… О-о-о, да!

— Что?.. — прикрываю глаза. — Что, Люцифер?..

— Мне можно заниматься сексом?..

— Ты же не головой будешь совершать толкательно-пихательные действия, — закусываю нижнюю губу, чтобы не стонать уже в голос.

— Про твою голову… — кончиком языка обводит контур мочки, — я не обещаю.

— Что ты предлагаешь, змий-искуситель?

— Чтобы ты меня как следует трахнула, Спартак. Так, как ты этого хочешь. Струсишь?..

— Сесть самому Люциферу на лицо?.. — томительным жаром охватывает всё тело, — да-а-а…

Глава 19

— Ты меня пугаешь, — хрипло шепчу на каждом яростном толчке члена внутри себя, — пугаешь…

— Булочка моя, зарумянилась только, — замедляет темп Гектор, — баиньки ещё не скоро.

— Этот дровосек дремучий тебе последние мозги отбил, — сомкнув веки, плаваю в какой-то нирване, не чувствуя под собой ничего, что напоминало бы опору, — остался только один инстинкт.

— Кто-то хотел сесть мне на лицо, — резко выходит из меня, оставляя после себя сосущую пустоту, — иди-ка сюда.

Не соображаю, что со мной делают.

Не понимаю, почему меня вертят, как кому-то вздумается.

Не отрицаю, когда раскрытой промежностью прижимаюсь к губам Гектора и совершаю первое плавное движение навстречу.

— О-о-о, Гектор-р-р, — разрезаю пространство своим диким рёвом перевозбуждения.

Я уже была на грани, чтобы переступить черту и сладко кончить, не соскакивая с члена.

Столько лет отрицаний того, что мужской орган просто обязан грубо трахать в ритме отбойного молотка, а иногда ласкать перевозбуждённые складочки скользящими движениями.

Пару сексуальных уроков с Берёзкой (прим: автор, хочет эту фамилию просклонять) – и моя промежность полностью удовлетворена.

Глупости, когда говорят, что секс можно заменить болтовнёй в постели. Кто-то чувствует явный недотрах. Кто-то импотент (пальцем не будем указывать на фото бывшего и плешивого). Есть и другой вариант – кто-то трахает другую.

В моём случае сработали три варианта из вышеперечисленных.

Язык Гектора нежно и бережно проходится вдоль складок, размазывая влагу. Я вся теку ему в рот, при этом не испытывая стыд за свою женскую физиологию.

Он позволяет мне руководить процессом, чтобы я сама достигла своего пика высшего удовольствия таким способом; чтобы я сама его трахнула, как он мне обещал.