Книга Мистер Пошлость, страница 14 – Елена Рай

Кушать больше не хочется.

Девочки, чтобы вы знали, но у меня такое ощущение, что я разговариваю со своей мамой на кухне. И пока разговор не вильнул в сторону качества моих яйцеклеток – лучше зафиналить благодарностью и пожелать милой женщине видеться с сыном, как минимум раз в месяц.

— Августина, я тебя чем-то обидела? — звучит над моей головой, пока я обуваюсь.

— Вы? — удивляюсь вполне искренне. — Нет. Конечно, нет! Почему вы спросили?..

— Ты убегаешь, — уголки её губ заметно опускаются.

— Мне, правда, пора на работу. Очень странно, что мой телефон не разрывается от звонков вашего сына, — и тут я прихожу в тихий ужас, от чувства которого сердце замирает при следующем его сокращении, — он у меня разрядился ещё в такси, когда я в последний раз разговаривала с Арсением Алексеевичем. У меня старенький гаджет. Понятный такой, чтобы без лишних заморочек. А теперь, кажется, я точно без работы и с заварными макаронами быстрого приготовления на завтрак, обед и ужин!

— Без паники!

— Да, какая уже паника… — внутри меня разливается чувства отчаяния, страха и пустоты, — спасибо, что были ко мне добры.

В дверь неожиданно позвонили, когда я была полностью собрана, чтобы уйти.

— Неожиданно… — смотрит в глазок она, — наверное, вы, Августина, очень ценный кадр, что на ваши поиски приехал мой сын.

— Он там?! Не открывайте!

— Ну, что за глупости, девочка моя, — добродушно усмехается мама Арсения Алексеевича. — От совместного чаепития ещё никого не увольняли.

Три, два, один…

— Здравствуйте, Арсений Алексеевич, я в туалет захотела, а ваша мама… Добрая… Вот!

— Я же просил быть невидимкой, ни с кем не разговаривать, оставить цветы у консьержа и вернуться в офис! Где произошёл сбой в вашей матрице?..

— Сынок, почему ты кричишь на девушку? Я и твой отец потратили огромную сумму денег на твоё образование, чтобы педагоги привили тебе культуру общения. Как вижу, что их труды были потрачены впустую.

— Мама… — закатывает он глаза. — Личное и работа разделены вполне чёткой чертой, чтобы её не пересекать. Августина Леонидовна – моя подчинённая! Общение с моими родственниками не входит в перечень её обязанностей.

— Августина, мне очень стыдно за своего сына. Хочу принести вам извинения. Вы в праве мне в этом отказать, — по лицу женщины пробегает тень досады, и она не из-за меня, — будьте лояльнее к моим годам.

— Вы чудесный человек, — беру её за руки, — не нужно просить прощения, потому что я сама очень виновата перед вашим сыном. Он прав. Моя работа – это он, а не мой урчащий от голода желудок или плохое настроение от того, что жизнь могла бы быть чуточку лучше, если бы мозгов было гораздо меньше. До свидания. Надеюсь, что когда-нибудь мы ещё встретимся.

Кротко улыбнувшись Мистеру Пошлости, я проскальзываю мимо него. Лифтом не буду пользоваться. Адреналина так много, что вот-вот взлечу на реактивной тяге.

Оказавшись на улице, вдыхаю свежий осенний воздух. Разматываю шарф, чтобы дать телу поток холодного воздуха. Я горю. Уже неважно от чего больше. Мне не хочется возвращаться в офис Пошлина.

Уволиться одним днём?..

Когда тебе за тридцать, то такой эксперимент уже не выглядит в твоих глазах «нормальным». А вот «инфантильным»… Вполне.

— Далеко вы собрались?

Оглядываюсь через плечо.