Книга Леди 2XL. Худеть не буду!, страница 49 – Елена Рай

— Потому что сегодня, Серафима Ильинична, вы будете стонать от наслаждения и забудете обо всём.

— На вашем месте, Михаил Михайлович… — мне затыкают рот самым порочным образом, то есть пока поцелуем (плохие девочки потирают ручки в предвкушении). — Я не была бы так категорична, — «ласково» задеть мужское самолюбие строго показано для горячей прелюдии.

— Меня вставляют наши «Серафима Ильинична и Михаил Михайлович, — покрывает грудь поцелуями, не переставая перекатывать твёрдые горошинки сосков между пальцами. Заставляет полувсхлипывать-полустонать, выгибаясь его ласкам как похотливая мартовская самка. — У тебя есть фетиши, кроме сливок?..

— А-а-ах, всё-таки запомнил-л-л, — облизываю пересохшие губы кончик языка. — Я… Я… Я… — как можно о чём-то думать, когда мои соски горят от ласк, а между ног так мокро, что думаю только ОБ ОДНОМ. — Люблю заниматься сексом при свете-е-е, потому что нравится смотре-е-еть!

— Ещё! — то ли приказывает, то ли умоляет меня выдать все-все свои сексуальные предпочтения.

— Люблю шутить на тему «50 оттенков серого»!

— Ещё!

— Мне заплести косичку, чтобы волосы в рот не лезли-и-и?.. — запрокидываю голову, наслаждаясь всеми признаками приближающегося оргазма.

— Ты безупречна… — сдёргивает одним движением длинную юбку, сшитую по косой. Я так хотела понравиться Мише своей обновкой. Но его, кажется больше заводит гладенький лобок без единого волоска. Откуда знаю – смотрит как толстяк на пирожок, что расположен на полочке за стеклом.

— Гладкая как облачко, — раздвигает набухшие складочками двумя пальцами, немного проникая внутрь. Совсем чуть-чуть. Этого достаточно, чтобы стонать как… Уж точно не «Леди» в строгом пиджаке. — Вижу, что моя девочка очень сильно меня хочет.

«Моя девочка», — сказанная фраза Потаповым, окончательно стирает грани между «оставим на потом» и «живём один раз».

Я не балерина, но ногу задрала «как она самая», чтобы почувствовать язык и пальцы своего ручного мишки в действии.

Второй раз он ласкает меня как в первый. Столько огня в его движениях. Уверенных, ритмичных, порой жёстких, чтобы последним ударом кончика языка по горошинке клитора отправить моё сознание в другую вселенную.

Это так горячо, порочно, запретно иметь мужчину таким способом. Ни одна жировая складочка не помеха для буйства фантазии и утоления сексуального голода.

— Миша-а-а, — прогибаюсь в пояснице, когда он входит в меня сзади. Заполняет тягуче медленно, раскрывая мне какую-то новую грань удовольствия, что дарит женщине первое проникновение. Потапов – «не маленький мальчик».

— Девочка моя, — прикладывает звонко ладонью по ягодице, отчего у меня темнеет в глазах от острых ощущений. — Сладкая, ненасытная, желанная… До чего же ты хороша.

Второй волной оргазма накрывает незамедлительно после его словечек.

Не просто так говорят, что женщины «ушами любят».

По тому, как Миша ускоряется и максимально глубоко входит – его кульминация вот-вот случится.

— Не-е-ет! — бью ладонями по столешнице, чем не на шутку его пугаю.

— Где-то заболело, Фимочка, — целует в губы, обнимая меня, словно я хрустальная. — В глазах потемнело от желания. Прости меня. Я могу быть нежным, правда.

— Хочу видеть твоё удовольствие, — ноготками скребу по пластинам широкой груди. — Ты моё дважды… Так нечестно.