Книга 220v - Лихие, страница 87 – Кира Cherry

— Спайс? Белый? — окликает сзади знакомый голос нашего братка, дежурящего у входа.Оборачиваюсь и тихо охуеваю...с ним плетется Краш, собственной персоной.

— Ах ты падла! — ор на весь этаж от Савки. С пробуксонами несется на них.

— Белый! — сиплый голос вырывается из моей груди, морщусь от внезапного удушья, — Тормози, — шепчу, жду, когда сами подойдут. Глаза обжигают слепящей жаждой крови.

— Спайс, я не при делах, — начинает «петь» Краш, — я вообще не в курсах был о замутке Марса и то, что спелся с Халиловским, узнал только после замеса вашего, вытирая испарины со лба. Глаза уводит, часто сглатывает от нервоза.

— Пацаны тоже узнали после замеса, — улыбаюсь и пялюсь в его бегающие глаза, — как видишь они рядом.

— Спайс, я с тобой...я не конченный! — медленно отшатываясь от меня.— Знаешь где он сейчас? — с улыбкой на устах, произношу, сжимая кулак до хруста в пальцах.

— Места меняет, тачки разные, охрана.

— Ну да, ну да! Она?! — подхожу вплотную, — Жива? — и замираю в дыхании, кровь стынет в жилах, сердце на стопе.

— Симону её отдали, — взглянув на меня, его глаза погружаются в мертвое оцепенение, топя все надежды на спасение и до него приходит понимание нашего расклада. Опускает голову.«Симон, Симон!» — еще одна вонючая пригретая крыса, сливающая все информацию про меня, сдавая меня. Пригретая красно глазая крыса. И я уже представляю во всех красных оттенках его вспоротый живот и кишки, которыми он будет давиться.Выдыхаю… страх, паника, злость разливаются в груди, горьким ядом, заполоняющим каждую клеточку, затягивая разум в темноту. Виски трещат от нещадящего давления, от эмоций, которые я почти не в силах сдерживать. Ураган, бущующий шквал сотрясают тело, поглощая, словно карточный домик, рассыпая мой рассудок. Больная скверная правда. Я то знаю за этого ублюдка, который упивается насилием и только он умеет это делать с ювелирной точностью, виртуозно продлевая жизнь мученика, с умиротворенной улыбкой, с огнем животной страсти в прозрачных глазах. Он млеет от вида крови, запаха, страха в глазах... Знаю, про его склонность, как дымится его отросток в штанах, слыша женские крики от причинения пыток. Больной ублюдок!

— Где?! — борюсь с внутренней трясучкой, ощущаю, как вены мои вздуваются от вскипающей ярости, от поглощающего бешенства и от потери чего-то важного для меня.

— На базе Ада с наркотой. Но там со стволами хуева туча.Протягиваю руку Савке, без лишних слов, вкладывает в раскрытую ладонь ствол.Подношу дуло к подбородку Краша...

— Мне даже и сказать тебе нечего, — последнее, что он слышит.Нажимаю на курок и его мозги вылетают, прилипая к потолку. Тело оседает на пол. Визг медсестрички.

Опускаю руку и выпускаю всю обойму в бездыханное тело. Алая кровь разливается по светлому полу, запах теплый, будоражащий, с мягкими нотками металла и так охуенно становится, адреналин подскакивает, как после колес, что окончательно сносит крышу, выпуская всю злость, досаду, тупое отчаяние и пожирающую ненависть, я обнажаю свое существо, которое искуссно прячу от посторонних.В неконтролируемом приступе ярости, со звериными криками остервенело запинываю отстывающее тело, упиваясь видом сломанных костей, холодного взгляда "в никуда", каплями крови на стене нежно-голубоко цвета.