Книга Ребенок его любовницы, страница 30 – Анастасия Тьюдор

— И что ты предлагаешь? – безжизненно спрашиваю я. В ухо бьет тихое уведомление. Отвожу телефон в сторону и вижу мелькнувшее уведомление. Сообщение от Руслана.

«Я в ординаторской, собирай вещи, скоро буду».

Он даже сейчас не предупреждает меня о своем решении!

— Прости, пап, отвлеклась и прослушала, – вклиниваюсь во фразу отца. Он вздыхает и терпеливо повторяет:

— Играй по его правилам. Хочет, чтобы ты полежала в больнице с его сыном? Лежи. Пусть он никуда не срывается, думает, что все идет по плану, в чем бы тот не заключался.

Сглатываю, зажмурившись. Боже. Вчера я, кажется, ставила себя на место героинь мелодрам? Так вот, Ксюша, получай остросюжетный детектив!

— Пап, это же Руслан… – шепчу сквозь слезы, от которых быстро становятся мокрыми щеки. – А ты говоришь о нем так, словно он преступник какой-то!

— Возможно, мы не знали с тобой этого человека? – кашлянув, сдавленно говорит отец. Он всегда тепло относился к Ветрову, пусть и ворчал иногда про его «неидеальность» для принцессы Ксеньки. – Или он в беде и нуждается в помощи.

— И мы поможем? – отчаянно и неосознанно цепляюсь я за эту фразу. Папа молчит несколько секунд, но потом все же отвечает:

— Хотя бы попытаемся. Но, Ксень, ты для меня на первом месте. Твоя безопасность, ясно? Если он подставит тебя, порву мерзавца голыми руками. – Еще одно короткое молчание. – Не реви, доченька. Дай отцу пару дней.

— Хорошо. Хорошо, я сделаю, как ты просишь. Люблю тебя, пап.

— И я тебя.

— Мне нужно идти. Руслан приехал.

— Не говори ему ничего о том, что я сказал. Просто уступи. Скажи, что переживаешь за ребенка.

— Я правда за него переживаю.

— Знаю, – вздыхает папа. – Все, иди.

Я кладу трубку и тыльной стороной ладони вытираю слезы. Перекладываю Сашку в кроватку, поправляю соску и стою пару минут, чтобы убедиться, что малыш не возражает полежать в одиночестве. Он осоловело хлопает ресницами, отворачивает головку и, кажется, понемногу проваливается в сон.

Пригладив волосы и убедившись, что щеки высохли, покидаю палату и иду по коридору в ординаторскую. Стучу в дверь, дожидаюсь ответа и заглядываю внутрь, сразу же столкнувшись взглядом с обернувшемся на мой голос Русланом.

— Здравствуйте еще раз, – киваю знакомому доктору, который сидит за столом и хмуро смотрит на Ветрова. По лицу мужчины понимаю, что разговор в кабинет до моего появления был весьма напряженным. – Не возражаете, если я на пару минут украду мужа? Мне нужно сказать ему кое-что.

16

Руслан смотрит на меня недовольно, хмурит брови. Переводит взгляд на врача и говорит, обращаясь ко мне:

— Мы еще не закончили разговор с Николаем Васильевичем, Ксюш. Дай нам пять минут.

— Нет, – твердо произношу, хотя в животе в тугой узел сворачивается тревога. – Сначала ты поговоришь со мной.

Ветров вздыхает, но получив согласный кивок собеседника, все же разворачивается ко мне и идет к выходу из ординаторской. Я пропускаю его в коридор и плотно закрываю дверь. Кивком указываю на скамью неподалеку.

Мы садимся на разных концах. Кладу ладони на колени и переплетаю пальцы, чтобы Руслан не заметил, как я нервничаю.

— Как Сашка? – устало спрашивает муж, вглядываясь в мое лицо. Под его глазами серые круги от усталости, да и весь облик немного помятый, словно он всю ночь не спал или с раннего утра на ногах, не успев даже побриться.