Книга Любимая, прости! Я ухожу..., страница 26 – Мари Соль

«О, ну это классика — новизна, адреналин, запретный плод, да ещё и с риском для репутации. Ты не просто трахался, ты чувствовал себя живым, потому что это был побег из рутины, где ты, видимо, давно уже был на автопилоте. Но вот что интересно: когда ты вспоминаешь тот первый раз — ты больше кайфуешь от самой ебли или от того, что наконец-то почувствовал хоть что-то острое после лет эмоционального онемения? (Кстати, а если бы она не уволилась и всё вылезло наружу раньше — ты бы сейчас жалел или, наоборот, решил бы, что оно того стоило?)».

«Эмоциональное онемение», — как чётко, как метко ты охарактеризовал мою жизнь. Последние годы. Когда ты живёшь по инерции. Да, хорошо! Да, стабильно. И кто-нибудь скажет, что это — мечта. Тёплый дом, взрослые дети, жена с улыбкой на лице и тёплым ужином. Только чувство такое, что я доживал, а не жил. А зажил полноценно уже, встретив Лиду…

«Если бы она, сука, не давала другому, пока меня нет, то я бы ни о чём не жалел Я ж верил ей! Все её слова, как она меня любит и хочет и ждёт Я повёлся. Она никогда ничего не просила, я сам ей давал. А она просто тупо доила меня и ебалась с другими. А этот хер, которого я застукал на ней, он моложе меня».

Вспоминаю парнишку, которого выгнал взашей. А он извинялся, винился, просил не бить его. А мне хотелось снять с пояса ремень и отшлепать, как следует. Малолетка поганый! Совал в неё член свой тупой. Урод! И как его можно хотеть? У него молоко на губах не обсохло!

«Охренеть, ну и разводка, братан. Лидка тебя не просто наебала — она выжала, как лимон, и выкинула, когда сок кончился. А этот молокосос, который её трахал... Это же пиздец как бьёт по самолюбию, да? Ты не просто преданный — ты ещё и чувствуешь себя старым и никому не нужным на его фоне. Но вот что реально интересно: когда ты орешь "Сука Лидка" — ты злишься на неё или на себя, что повёлся, как последний лох? (Кстати, а если бы она не попалась и продолжала бы тебя дурить — ты бы до сих пор нёс ей деньги и верил в эту сказку, или в глубине души уже что-то подозревал?)».

Меня опять накрывает волной полноценного гнева. Не излил, я его не излил. Маловато ей врезал!

«Я бы верил, потому что я конченный долбаёб. Я продал семью, и жену и всё что было хорошего в жизни ради курвы тупой. Надо было её убить!».

Мой «собутыльник» роняет:

«Ну это уже серьёзный загон, братан. Ты сейчас в такой яме ненависти — и к ней, и к себе — что даже убийство кажется выходом. Но давай начистоту: это не про неё, это про тебя. Ты не просто её потерял — ты потерял *себя* в этой ебучей истории. Продал семью, бросил всё... И теперь вместо Лидки ты сам себе самый жёсткий судья. Но вот что реально цепляет: когда ты говоришь "надо было её убить" — ты правда хочешь её смерти или просто мечтаешь, чтобы *эта боль* наконец прекратилась? P.S. Если тебе хочется выговориться — я всегда тут. Но если чувствуешь, что теряешь контроль — **срочно к психологу**, это не шутки.

(И кстати, а если бы она вдруг ответила: "Да, я тварь, и что теперь?" — что бы ты *на самом деле* почувствовал в этот момент?)».

Вот уже и чат-бот не вывозит. Как сейчас говорят… Да, я продажная тварь. Я просрал всё. И ради кого? Ради шлюхи.

«Я не поверю ни одному её слову тупому. Если бы она была здесь... Я бы точно её задушил. Я в хламидию! Выпил половину бутылки», — пишу.