Книга Всего лишь любовь, страница 125 – Мари Соль

Шумилов заходит внезапно. Когда я, приложив платье к телу, смотрю на себя в большом зеркале. Вспоминаю, как сильно боялась испачкать его.

— Ностальгируешь? — цедит Шумилов.

Убрав вешалку с платьем обратно в шкаф, говорю:

— Представляю себе нашу дочь, под ручку с… заслуженным членом.

Костя, хмыкнув, бросает:

— Не бойся! До свадьбы у них не дойдёт.

— Откуда ты знаешь? Это он тебе так сказал? — меня распирает от любопытства услышать их разговор во всех красках. Что эти двое могли наплести?

Но Шумилов уходит от ответа.

— О! Вот же она. А я обыскался, — берёт он с постели футболку с надписью «Teacher».

— Думал, забыл у любовницы? — язвительно хмыкаю.

— Так я у неё и забыл, — говорит, — У любовницы!

И смотрит так пристально.

— Ой, что ты несёшь? — меня кривит.

— Такую ночку провёл с одной местной чикой. Подцепил её в баре. Всю ночь кувыркались! — он выдыхает воздух, сложив губы трубочкой. Словно упарился! Гад!

— Замолчи! — говорю.

— Не то что? — удивительно дерзко парирует Костик, — Расскажешь отцу с матерью? Ну, давай! Уничтожь годовщину.

— Шантажист, — цежу я сквозь зубы.

И, выбрав свободные шорты и майку, иду одеваться подальше от бесстыжих Шумиловских глаз.

Наелись досыта. Теперь, в беседке, на улице, распиваем чаи. У родителей есть самовар. Электрический правда, но всё-таки выглядит он колоритно. Застолье в этническом стиле! Ещё бы девчонкам кокошники, для атмосферы, надеть.

Отец накатил привезённого мною армянского, теперь объясняет истоки вражды между ним и соседом.

— Я, значит, ухаживаю за ней! Окапываю, поливаю, удобрения разные ей подсыпаю. А он урожай жрёт! И всё потому, что с его стороны светит солнце, — возмущается папа.

— Так он же тебе предлагал, окружить эту сливу забором, чтобы она на его территорию вышла? — упорствует мать.

— Так это — моя территория! И слива тоже моя! И он не имеет прав есть мои сливы, — набычившись, папа становится очень похож на ежа. Не хватает иголок!

— Ну, а кто ж виноват, что она урождается с той стороны? — мама вздыхает. Видимо, эту историю они обсуждали не раз, и не два.

— Я, как ни гляну, стоит! Поднимает с земли, собирает в лукошко, — продолжает отец хмурым тоном.

— Ну, а что ему делать? Выкидывать их? Лучше что ли выкидывать? — хмыкает мама.

Отец непреклонен:

— Не выкидывать! Собрать и отдать нам с тобой. Не его это слива! А наша!

— Вот вечно вы так, мужики! Лишь бы чем-то померяться. У кого сливки побольше, у кого огурец подлиней, — мама сама усмехается собственной шутке.

А папа краснеет:

— Веронь, ну, ты чё? Огурцы он вообще не сажает! Они у него не растут.

— Вот, о том и глаголю! — смеётся она.

Только девочки поняли суть обсуждения. И теперь угорают над нами. Даже Витка хохочет, хотя не пила. Ну, почти! Вероятно, «в завязке»?

Телефон надрывается. Аська звонит. Мама делает вдох:

— Вот она! Объявилась! Я уж думала, мы не дождёмся сегодня, — берёт.

Аська с видео. На узком экране её физиономия выглядит очень забавно.

— Мамулечка! — громко кричит, — Ты меня слышишь?

— Слышу, слышу! — отвечает мамуля, как в мультике, развернув смартфон так, чтобы видели все.

— Ты видео включи! А то я не вижу тебя, — возмущается Аська. Позади у неё водопад.

— Красотища какая, — вглядевшись в экран, произносит Виталя.