Книга Капкан Бешеного, страница 87 – Мария Зайцева

— Свою часть — да, — кивает он, — как твой агент. А вот платила ли ты что-то, я понятия не имею.

Я молчу, не зная, что ответить на это.

А Конюховский подходит ближе и шепчет, тихо-тихо, по-змеиному:

— У нас была договоренность, сучка, ты не лезешь в мои дела, я в твои. Я тебя отпустил. И то, что иногда покусывал… Ну, ты же понимаешь, старая любовь так быстро не проходит… И меня все устраивало, пока ты сидела в своей крысиной норе и никуда из нее не выползала. Но ты тут активность развела. Впрочем, мне тоже на это похуй. Твой ебарь, конечно, крут. Но он не из наших. А, значит, надолго его не хватит. Поиграется с тобой и кинет. И ты вернешься к тому корыту, из которого он тебя забрал. А вот если ты будешь пытаться гадить мне, то я просто стукану в налоговую… Они так или иначе до тебя доберутся, конечно, но если я посодействую… Ну а потом… Не только ты заряжена. У меня тоже много чего есть. И я этим всем бомбану, если мне уже похер будет на все. Так что держи себя в руках, сука, поняла? И не подходи ко мне. И к моим… «проектам».

Он уже давно ушел, а я все стою, гляжу перед собой в пространство и пытаюсь притормозить бешено летящее сердце.

В голове — миллион мыслей и ни одной нормальной.

Новое нападение, которого вообще не ждала, настолько шоковое, что я просто не знаю, как реагировать.

И не понимаю, что делать дальше.

Как объяснять Демиду еще и про налоговую? И надо ли вообще это делать? И… Срочно посмотреть в интернете… Вспомнить, что я подписывала… Документы дома. А я там не была с того дня, как меня Демид забрал.

Все на свете же забыла, глупая бабочка-однодневка!

Мне только мою технику оттуда привезли, для работы, да кое-какие вещи… И все!

И я радостно забила на все остальное!

Боже, когда я уже научусь быть нормальной?

Когда летать перестану?

У меня же море проблем!

А я…

Да ни одному мужику такая проблемная дура не нужна! Всему предел есть…

— Вот, попей, — перед моим лицом появляется бутылочка с водой.

Тонкие пальчики с длинными разноцветными ногтями с хрустом скручивают пробку.

Поднимаю взгляд.

«Проект» Конюховского…

Рассматриваю ее, не спеша брать бутылку.

Красивая.

И, кажется, моложе меня. Совсем девочка. А еще мне зря показалось, что она чистокровная азиатка. Теперь, когда она так близко, становится очевидным, что азии в ней не больше четверти. Глаза светлые очень, радужка прямо голубая. И овал лица тоже больше европейский. Не удивлюсь, если у нее и волосы светлые, а эта прическа — лишь имидж.

Она тоже меня изучает, внимательно так.

И вот, может, я дура полная, доверчивая овечка и прочее, но… Нет от нее негатива! Не чувствую совсем! А вот интерес, причем, доброжелательный такой интерес — явно ощутим.

Но бутылку, все же, не беру.

И она, усмехнувшись, кивает понимающе:

— Боишься? Правильно. Не такая дура, значит, как говорили…

И, пока я охреневаю от откровенности, продолжает:

— Но я ничего не хочу тебе сделать. Просто воды предлагаю. Она обычная, я ее вон оттуда взяла, — кивает на столик, где стоят бутылочки с водой и легкими закусками. — Иди сама возьми, если опасаешься.

— Спасибо, — я выдыхаю, осознав, что совершенно неожиданно для себя зашла в тихую истерику.

Проклятый Конюховский!

Он все же на меня воздействует!