Онлайн книга «Ты - наша»
|
Ну и фиг с ним! Лохматая пойду! Все три пары я провела в пограничном состоянии, бесконечно проматывая в голове события последних суток. И с огорчением убеждаясь, что есть в этом мире процессы, которые не поддаются контролю. Нет, кое-какие успехи у меня все же есть. Непонятно, каким образом, не иначе, святой дух помог, не отвернулся в трудный момент, мне удалось убедить родителей, что замужество я рассматриваю только после окончания универа. Не скажу, что они были в восторге, отец вообще кричал, что в таком случае, знать меня не желает, и я ему не дочь, но, в итоге, мы с мамой смогли его смягчить. Пришлось пойти на уступки, конечно, не без этого, так что у меня теперь дополнительная нагрузка в нашем молельном доме, буду помогать прибираться, менять свечи делать всякую другую черную работу, которой всегда много, а желающих, почему-то, не вагон. Это странно, кстати, все же такие верующие… А работать бесплатно на благо создателя никто не стремится… Озвучивать свои крамольные мысли я не стала, разумеется, просто кивнула, соглашаясь два раза в неделю по вечерам работать в общине. Все остальные вечера я планировала отдать учебе. И как можно реже появляться дома, а со временем, чем черт не шутит, найти подработку и свалить из родительского дома. А то, чем больше мозолишь им глаза, тем больше искушения поправить свое положение в общине за мой счет. Как бы то ни было, но с родитльским контролем вопрос был решен. А вот со всем остальным… Я очень сильно переживала из-за Тошки и его неожиданных и совершенно не нужных мне признаний. Плакала, пытаясь придумать, как все вернуть назад, нашу дружбу, наши хорошие отношения. С горечью понимала, что это невозможно. От этого еще больше расстраивалась и плакала. На этом фоне забыла совсем про Лиса и Камня, просто из головы они выветрились. И очень даже напрасно, как оказалось. Потому что прямо утром, на пороге универа, увидела и одного, и второго. И, вишенкой на торте — Тошку! Тошка с Лисом стояли вместе и, лениво перебрасываясь словами, синхронно шарили по толпе поднимающихся студентов взглядами. А Камень просиживал зад на капоте своей черной машины, весь такой буртальный, в авиаторах, кожаной куртке и сногсшибательной ауре бедбоя. Неподалеку от него прыгали несколько уже основательно ушибленных поклонниц, возбужденно покусывали акриловые ноготки и бессмысленно улыбались, но Камню, как обычно, было на всех пофиг. Очки не давали понять, смотрит ли он на кого-то конкретно, но вот чувствовала я, что запросто и этот товарищ по мою душу может тут отираться. Преставив себе экшн-сцену с тремя известными мне величинами, я затормозила, а затем и вовсе, развернувшись, рванула прочь от крыльца, пока меня не заметили. Что-то подсказывало, что парни не в курсе о том, что их интересы ко мне не эксклюзивны, и могут сильно удивиться. Я, конечно, не стадала манией величия, но вдруг еще начнут разбираться? Со мной, в первую очередь. Ославят на весь универ… Чур меня! На пары я опоздала, конечно, потому что пошла другим путем, через соседний корпус по крытой галерее, но зато и проблем не поимела. В коматозе отсидев три пары, спокойно собиралась домой, и тут меня словила Маринка. И вот я смотрю на нее в недоумении, и все понять не могу, чего она хочет от меня? |