Книга Твое персональное Чудо, страница 54 – Ярослава А.

— У нее был повод так думать? – спросила заинтригованная Сима.

— Думал, что нет – Алексей замер посреди комнаты и развел руками, – А теперь уже ни в чем не уверен.

Неуверенный в себе Богданов, так же, как и курящий Богданов, это неоднозначное зрелище, особенно для людей привыкших, что у него все всегда под контролем.

— А ты с ней пробовал поговорить?

— С Катей?

— Тьфу на тебя! С матерью Кати.

Мужчина нахмурился, взъерошил рукой и без того торчащие во все стороны лохмы и признался:

— Не успел. Она выставила меня за дверь.

— И где ж ты успел накосячить? – изумилась Сима.

— Сказал, что по суду добьюсь признания своего отцовства.

— Ой, дурак…, – схватилась за голову Сима, – А вроде умным всегда был.

Богданов вздохнул, окинул взглядом свой загаженный кабинет и подумал, что в кои-то веки Сима права. Эмоции плохой советчик, а он им поддался. Просто нет сил сдерживаться, когда рядом оказывается Лиза.

— Спасибо, Сим, за пиво. Ты возьми выходной, а я тут…сам приберусь и вызову клиринг.

— Точно справишься? – неуверенно прищурилась она.

— Я большой мальчик. Иди.

Сима покачала головой, но покорно ушла, оставляя Богданова наедине с беспорядком и своими невеселыми мыслями.

Время уже перевалило за десять, трудовое утро было в самом разгаре, а мужчина только-только пришел в себя, умылся и, глянув не себя в зеркало, подумал:

«Идиот».

Такое нелицеприятное сравнение возникло не только исходя из внешнего вида, внутренне он ощущал себя точно так же.

Если еще вчера до вот этой грандиозной попойки в гордом одиночестве Алексей чувствовал себя обманутым и униженным, то сейчас восприятие ситуации несколько изменилось.

После тог как Лиза самым беспардонным образом выгнала его из дома, Богданов понял две вещи: во-первых, Катя точно его дочь, а во-вторых, Лиза больше не та восторженная трепетная девушка, какой он ее запомнил. Эта серьезная и самодостаточная молодая женщина, что посмела дать ему отпор.

Она унизила его!

Последнее очень больно ударило по самолюбию Алексея и последующие несколько часов, находясь под воздействием этой боли, он пытался выплеснуть ее через гнев, алкоголь и сигареты, что в последний раз курил, кажется, еще в школе.

Занимался саморазрушением, короче.

Помогло, но не настолько, чтобы пришло понимание, как быть в данной ситуации дальше.

Разумеется, судиться с Лизой он не станет. О словах, которые бросил в запале, он уже сто раз пожалел. В данном случае силой ничего толком не добьешься. Это еще больше отдалит и настроит Лизу против него.

Единственное, что Алексей четко понял за эту бессонную ночь – он хочет ее расположения настолько сильно, как давно уже ничего не хотел. Если раньше Лиза нравилась ему просто как женщина, то сейчас к этому прибавилось еще и подсознательное восхищение ею, как человеком.

Живет в глухой деревне, в старом доме, воспитывает в одиночку троих детей и при этом не опустилась, не озлобилась, не ноет, а трудится изо дня в день, не умаляя чувства собственного достоинства, но и воспитывая это в детях.

И все это без какой-либо помощи и поддержки!

Хотя Богданову всегда казалось, что у Лизы есть родители. Про мать она сама рассказывала. Где она? Почему не помогает дочери?

Задавшись этими вопросами, Алексей решил, что неплохо бы узнать, чем же занималась его зазноба все эти годы, пока он жил в Германии и строил карьеру.