Книга Избранная. Приручение Демона, страница 189 – Юлия Четвергова

Талия тем временем с яростью и шипением, достойным кошки, а не Драконихи, раскрыла пасть и, намереваясь схватить зубами мага, вильнула в бок. Но ее ждало разочарование. Ударившись о барьер мага, она неуклюже свалилась на землю, правда, на лапы, к сожалению. Зарычала и уже по земле вновь побежала на него, раскрывая рот и на этот раз выпуская темный огонь, которым мертвый Зарашэрт сжег Темную Империю.

На этот раз архимаг напрягся, выставив руки вперед, отбивая залп огня. Видимо, сила атаки Драконихи была огромная, потому что лицо Аурэна напряглось от натуги. Незамеченный Талией Лис ударил снизу, распоров брюхо Драконихе. Та взревела, но скорее от ярости, чем от боли, потому что итак была полумертвой, да и кожа свисала с тела лоскутами. Перестав пытаться подпалить мага, Талия переключила свое внимание на Рэная, пытаясь раздавить его лапами, но у нее ничего не выходило, — Лис был слишком ловкий и проворный.

А потом я заметила Бальтазара в небе. Он призвал свой родовой меч и в смертельной петле полетел вниз, надавливая второй рукой на эфес меча, чтобы усилить удар. Аурэн тоже заметил Демона и приготовился атаковать одновременно с ним, сложив руки в замысловатой позиции.

Видно, что-то почувствовав, Талия подняла взгляд вверх, отвлекаясь от Рэная. Когда она увидела Бальтазара, было уже поздно уворачиваться. Тело Дракона было слишком громоздкое и неуклюжее.

— Не-ет! — Взревела нечеловеческим голосом Талия. — Любимый, остановись! Это я! Талия! — Кричала, будто это могло ее спасти от удара. Она все еще считала, что Бальтазар не в курсе последних событий? Наивная…

Бывшая любовница не отводила глаз от Бальтазара до последнего. Родовой меч, светящийся синим светом, пронзил шею Драконихи одновременно с магическим залпом из рук Аурэна и ударом Рэная снизу.

На долгие секунды в округе воцарилась тишина, нарушаемая лишь предсмертным хрипом умирающей во второй раз Талии, но теперь уже в теле Дракона.

Точнее, так мне показалось. Умирать эта особь явно никак не хотела, цепляясь за жизнь всеми лапами, начав раскидывать вокруг себя землю и ранив Рэная во время предсмертной агонии. И я ее понимала. Я бы тоже на ее месте не сдавалась. Возможно, она попросту давно перестала различать ту грань дозволенного, которую переступила. И не понимает, что все, что она натворила, не подлежит прощению.

Даже если ей удалось бы убить всех нас, Бальтазар вряд ли бы понял и простил ее. Скорее, убил бы собственными руками.

«Сейчас, дитя» — Вдруг раздался в моей голове голос зверя. — «Нужно уничтожить ее, пока она вновь не восстала. Магия чернокнижья противоестественна. Дракон давно мертв, но будет раз за разом восставать, пока ее жизненная энергия души будет питать мертвое тело. Мы должны восстановить равновесие».

А потом я перестала управлять своим телом. Кто-то другой действовал за меня, а мне оставалось только смотреть на все происходящее от первого лица.

Вот я выхожу из-за своего укрытия, двое воинов что-то мне кричат, но я их будто не замечаю. Со странной решимостью и уверенностью в своих действиях, вскидываю руки перед собой, и продолжаю идти навстречу Талии. Не сводя с нее пристального взгляда.

Мужчины, сражающиеся с Драконом, завидев меня, зарычали в один голос. Кричали, предостерегая, чтобы я уходила оттуда. Но я не отвлекалась. Сейчас не было времени их успокаивать. Нужно все сделать быстро, пока нить, связывающая Дракона Зарашэрта и душу Талии, тонка.