Книга Избранная. Приручение Демона, страница 80 – Юлия Четвергова

— Озвучивай свои условия. — В руках Бальтазара появился лист с нашим договором и золотое перо.

— Нам обязательно все разговоры фиксировать документально? — Закатила глаза. Бесит эта его паранойя. Что я могу ему противопоставить в ответ, что он так ревностно подходит к моим просьбам или несерьезным требованиям?

— Обязательно. — Ну, хорошо, поиграем по твоим условиям. Я прикусила щеку изнутри, чтобы не сказать что-нибудь ехидное. — Только помни, Ка-Ринна на каждое твое условие…

— Просьбу. — Перебила его я.

— Просьбу, — нехотя повторил Демон, — будет выдвинута моя просьба. — Сделал акцент на двух последних словах. Я вздохнула, не став скрывать тот факт, что для меня это уже слишком.

— Смотри, не пожалей потом, Бальтазар. Доверие — оно хрупкое. Сломать легко — вернуть тяжко, а иногда невозможно. — Не удержалась от предупреждения. Не хотелось бы с ним портить отношения, которые еще и не начались-то толком. Я всё еще лелеяла мысль хотя бы подружиться, даже после увиденного «чудовища» в кровати.

— Ты считаешь, что я совершаю ошибку? — Покрутил в руках перо, ухмыльнувшись уголком губ. — Нам с тобой нечего делить в будущем, потому что ничего общего я не планирую.

— Как бы ты там не планировал, общее у нас уже есть, если ты предпочел об этом забыть. — Что за упрямый мужик, в упор не хочет замечать очевидного. Решила напомнить, загибая при этом пальцы. — Темная Империя — наша. Замок — наш. Твоя семья теперь наша. Рэнай — наш общий Хранитель. Жители Темной Империи — наши подданные. Любовница, правда, твоя собственная, но ее духу с сегодняшнего дня в Замке не будет. — Честно говоря, я немного преувеличивала, чтобы позлить Демона, и говорила наобум, но судя по его лицу, всё, что я сказала — истинная правда.

Перо в его руке переломилось пополам. А я не удержалась и рассмеялась, увидев комичное выражения лица Демона, который и хотел бы всё оспорить, но, видимо, не мог.

— Так что? Может, еще попробуешь выполнить мои просьбы просто так, учитывая то, что это причитается мне по праву, и я не должна была вообще ничего у тебя выпрашивать. — Пытаясь сдержать рвущийся наружу смех, лишь улыбалась. — Я всё еще хочу с тобой подружиться. — Выложила козырь, который прятала до поры до времени. — И пока у тебя есть шанс не потерять мое доверие, несмотря на то, что я видела. — Многозначительно округлила глаза и посмотрела в сторону кровати.

Бальтазар откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Одна его рука, что покоилась на подлокотнике, была крепко сжата в кулак, да так, что побелели костяшки на его и так белой коже. Второй рукой он прикрыл глаза в усталом жесте. И вот чего беситься, спрашивается?

— Будем считать это за твое согласие. — Бодро заявила я, чувствуя вкус своей первой победы над Императором Темной Империи. — Ты просил начать по порядку, хорошо. Давай начнем с главного вопроса, что мучает меня уже третий день. Почему я седею?

Бальтазар вскинулся, нахмурившись, будто до этого и не замечал внушительную седую прядь в моих волосах.

— Давно это у тебя началось? — Задал типично врачебный вопрос, и как-то нервно поднявшись из кресла, он подошел ко мне и бесцеремонно пропустил белую прядь сквозь пальцы, рассматривая. — Еще где-то есть? — Не дожидаясь ответа, Бальтазар перекинул мои волосы на один бок, ближе к себе, и начал внимательно их перебирать.