Книга Маленькое чудо для босса, страница 72 – Ирма Голд

А затем обнимает меня со спины, положив руки на мой живот. И наш малыш, едва папа касается живота, начинает усиленно пинаться.

— Что это? — несмотря на плотную одежду, Приозерский почувствовал шевеление своего чада.

— А это наш малыш с папой здоровается. — Отвечаю я.

После чего Максим припадает ко мне на одно колено и, положив руку на живот говорит:

— Привет, малыш, — на что мой пузожитель снова интенсивно толкается, словно отвечает ему, — я твой папа, и я тебя уже очень сильно люблю. Надеюсь, ты и мама простите меня за то, что я когда-то обидев вас.

После этих слов Приозерского, я уже не могу сдержать слёз. Увидев это, Максим встаёт с колена и, вытерев мои слёзы, просто меня обнимает. В ответ я обнимаю его и крепко прижимаюсь к его сильной груди, наслаждаясь его защитой и теплом рук.

* * *

Максим

Едва я понял, что для меня значит Влада, как тут же начал действовать. Я решил пригласить её прогуляться со мной и Артёмом по зимнему лесу и там, признаться ей в своих чувствах и сделать ей предложение. Я прекрасно понимаю, что она может мне ответить отказом, и даже где-то был готов к этому. Но даже если это будет и так, я всё равно не оставлю попытку её завоевать.

Потому что эта девушка стоит того, чтобы за неё бороться. Он добрая, чистая, настоящая. А ещё она очень любит моего сына, а он любит её. У Влады большое доброе сердце, в котором, я надеюсь, когда-нибудь найдётся место и для меня.

Я очень волновался перед этим разговором, и боялся отказа, хотя и повторю, был к нему готов.

Но когда Влада хотела, было возразить, я почувствовал, что боюсь того, что она мне откажет.

— Ничего не говори, просто подумай. — Прошу её я, а затем надеваю на руку с кольцом варежку, чтобы укрыть её от холода.

И Кирсанова выполняет мою просьбу, оставив попытки что-то сказать. Тогда я подхожу к ней сзади и обнимаю, положив руки на уже хорошо округлившийся живот. Влада не сопротивляется, напротив, кладёт свои руки поверх моих. И именно в этот момент я чувствую шевеление, то самое заветное шевеление моего малыша.

— Что это? — не до конца верю я в происходящее.

— А это наш малыш с папой здоровается. — Отвечает Влада, а у самой в глазах блестят слёзы.

Я тут же припадаю на одно колено и, приблизившись к животику Влады, говорю:

— Привет, малыш, — на что мой сыночек или дочка начинает усиленно толкаться, — я твой папа, и я тебя уже очень сильно люблю. Надеюсь, ты и мама простите меня за то, что я когда-то обидев вас.

Поднимаю глаза на Кирсанову и вижу, как по её щекам текут слёзы, ничего не говоря обнимаю её и крепко прижимаю к себе. А она, впервые сама обнимает меня и прижимается ко мне. И именно в этот момент я понимаю, что уже никогда не отпущу от себя своего ёжика.

— Папа, Влада! — кричит Артёмка. — Смотрите, как я умею! — а затем падает в сугроб и начинает там барахтаться и заливисто смеяться.

В ответ мы смотрим на него и улыбаемся. И мне сейчас так хорошо и спокойно рядом с сыном и любимой женщиной, как никогда раньше не было.

— Папа, папа! — сынок подбегает к нам. — А кто у Влады в животике живёт? Сестрёнка?

Влада

Боже, до чего же проницательны дети! Артёмка даже сам того не подозревая, попал в точку. Ведь я под сердцем ношу его сестрёнку или братика. Хотя мне Приозерский и сделал мне предложение, я всё равно не знаю, что ответить мальчику. Сказать ему правду или же пока ответить как-то, обтекаемо. Но я быстро отбросила от себя идею говорить что-либо вообще, предоставив всё объяснить Приозерскому.