Книга Измена. Билет в новую жизнь, страница 76 – Ирма Голд

Ну, что ж, они получили то, что хотели. Причем настолько доверяли ей, что поверили в её сказки о том, что я могу претендовать на эту квартиру.

— Тимур, ты нормальный? На что я могла претендовать? Мы уже были с тобой разведены. —

Напомнила ему я.

— Лина сказала, что, так как мы в квартире делали ремонт, ты можешь подать в суд и отсудить часть этой квартиры. Влада, я знаю, что дурак, раз поверил в это. Но тогда маму арестовали, я сам не свой был. — Зачем-то рассказывал мне он.

— Мне ты это зачем говоришь? Если честно, мне всё равно. — Ответила я.

— А ты изменилась. — Справедливо заметил он. — Раньше ты была добрее.

— Ну, ты сам приложил руку к моим переменам. И знаешь, я тебе за это благодарна.

Спасибо, что ты тогда меня предал. Потому что я так бы и продолжала тебя любить. Продолжала бы лечиться от несуществующего бесплодия. А твоя мать продолжала бы свои чёрные дела. —

Искренне поблагодарила его я.

— Она сейчас дома. — Удивил меня он. — Её выпустили по УДО. Влада, у неё рак. И она постоянно повторяет, что хочет поговорить с тобой. Хочет попросить у тебя прощения. Я даже искал тебя, но ты же оборвала все связи с прошлым. Да и Дашка твоя переехала.

— А ты думал, что я по тебе буду страдать? — усмехнулась я.

— Да ты и не страдала, почти сразу от другого мужика забеременела. А говорила, что любила. —

Решил упрекнуть меня он.

— У тебя всё? — я вопросительно посмотрела на Тимура.

— Влада, раз мы с тобой так удачно встретились, я прошу тебя, съезди к ней, умоляю. Ей нужно твоё прощение. — Начал просить меня он.

— Знаешь что, Тимур, — я глубоко вздохнула. — Я готова простить её ненависть ко мне. Но за своих детей я её никогда не прощу.

— Влада, умоляю, — он встал передо мной на колени, — съезди к ней. Ну, пойми, она же защищала меня, своего сына.

— А я защищаю память о своих детях! — я обошла вокруг Тимура и села в машину. — Так ей и передай!

— Влада, подожди! — он подскочил к машине, но я резко нажала на газ и уехала. — Постой, Влада!!

— кричал он, только мне уже было всё равно.

Вечером к нам домой приехали Тоня и Даша. Мама с Иришкой к этому времени приготовили ужин и накрыли на стол.

А когда Иришка убежала играть в свою комнату, я рассказала всем остальным о встрече с Тимуром.

— Какой наглец! — воскликнула Тоня. — И ведь наглости хватило просить тебя об этом.

— Ага, прощения она хочет попросить! — усмехнулась Даша. — Пакостить тебе она у тебя разрешения не просила, а тут, видите ли, поняла, что на краю стоит, и решила прощения попросить.

— Господи, я, как вспомню, что восхищалась этой семейкой, аж волосы на голове шевелятся. —

Вздохнула мама. — Я ведь дура, как лучше хотела. — Обругала она себя. — Думала, ты счастливый билет вытянула, а оно вон, как оказалось. Да, право, дура, и себе жизнь испортила, и детям своим.

— Мама, — я подошла к ней, — все мы совершаем ошибки. Ты так жила и считала это правильным. Но я рада, что сейчас ты свободна ото всего этого. И у тебя есть мы, твои дочки. Пусть мы разные, со своими достоинствами и недостатками. Но мы тебя очень любим.

— Влада, Тонечка. — Мама обняла нас с сестрой. — Спасибо вам за всё.

— Знаешь, мам, я ведь всё это время очень злилась на тебя. И, если честно, думала, что никогда не прощу тебя. Но сейчас, когда между нами нет больше этих недомолвок и обид, я понимаю, что мне тебя очень не хватало. Словно не было части меня. И я рада, что ты у меня есть, моя мама, — я улыбнулась сестре, — наша мама.