Книга Хирургия чувств, страница 65 – Ольга Сахалинская

“… основная задача — защитить наших сотрудниц и создать в коллективе здоровую рабочую атмосферу. Важно, чтобы каждый чувствовал себя в безопасности и мог спокойно выполнять свои обязанности. Я прошу вас разобраться в этой ситуации и принять соответствующие меры. Возможно, стоит провести беседу с доктором Соловьевым, напомнить ему о правилах поведения и этических нормах, пресечь подобные инциденты в будущем. Более того, считаю необходимым организовать для всех сотрудников больницы тренинги по профилактике харассмента*, где будут разъяснены права сотрудников, а также алгоритм действий в случае возникновения подобных ситуаций. Нужно, чтобы каждый осознавал, что его мнение будет услышано, а руководство предпримет все возможное для решения проблемы”.

Приготовься, Кирилл Иванович. Раньше я тебя считал приятелем, но теперь убеждён, что таким людям не место среди нас. Сегодня я дал ход делу… пути назад больше нет.

Сквозь мысли слышу, как брякает телефон.

«Понятно, Сережа. Удачи».

Прилетает ответ от Насти, спустя длительное время.

—

*харассмент — сексуальные домогательства в виде приставаний (как физических, так и вербальных)

Женя

Спускаясь из операционного блока, я постепенно снимаю маску и шапочку на ходу. Использую их, чтобы вытереть выступившую испарину со лба. Сегодня я провела практически весь день в операционной. Пропустила обед, о чем мой урчащий желудок не забывает напомнить.

Операции плановые, без осложнений. Аппендэктомия и холецистэктомия. Если в первом случае я провела все манипуляции самостоятельно, “от начала и до конца”, то во втором — под пристальным наблюдением старшего коллеги. Случаи хоть и несложные, но все равно очень увлекательные для меня.

С Сергеем в операционной мы сталкиваемся нечасто. Его приглашают только на самые трудные и неоднозначные случаи. В таких ситуациях я тоже нахожусь в зале, но чаще всего в роли наблюдателя.

— Женечка Александровна, — зовёт меня наша «старшая». В последнее время она начала обращаться ко мне в уменьшительно-ласкательной форме, сохраняя при этом официальность, добавляя отчество. Это так трогательно и как-то по-матерински.

— Да, Светлана Анатольевна!

— Шеф велел зайти, как только операция завершится, — сообщает она, бросая на меня внимательный взгляд.

— С какой целью? — неожиданно спрашиваю, замечая на лице "старшей" ироничное удивление, как бы говорящей: "Тебе ли не знать?"

Но вместо ответа она просто пожимает плечами.

— Не знаю. Попросил передать.

Странно. Почему бы не написать смс? Зачем передавать через кого-то ещё? Включаю экран телефона. Нет ни пропущенных вызовов, ни новых сообщений.

Что ты задумал, Серёженька? Мало слухов и шептания за спиной…

Размышляя об этом, шагаю по коридору.

Поднимаю руку и тихо стучу в дверь. Сердце бьется быстрее в предвкушении.

Наконец слышу шаги за дверью, и она открывается. Сереженька стоит передо мной, улыбаясь.

— Вызывал… ли, Сер… — начинаю, но тут же запинаюсь, поскольку Сергей одной рукой хватает меня за запястье и резко притягивает к себе, а другой захлопывает дверь.

Я слышу щелчок запираемого замка. Я оказываюсь прижатой спиной к двери.

Он источает тепло, и я улавливаю аромат его одеколона, сочетающийся с неясным, но возбуждающим кровь, терпким запахом.