Книга Где болит, там любит, страница 18 – Екатерина Ромеро

Дышу судорожно. Не знаю, сломал ли он мне что-то. Подняв голову, я вижу кровь на бедрах. И на простыне.

Все мое тело дрожит, аж подкидывает меня.

Через минуту слышу, как Гордей выровнял дыхание. Боже, он просто уснул.

Мой же туман развеялся, я выпила всего бокал. А сколько же он выпил. И чего.

Становится как-то дурно, медленно поднимаюсь из этой злополучной кровати и хватаю свое платье. Натягиваю его хоть как-нибудь. Одеваю чулки, они порваны. Белье так и остается тряпкой лежать на полу, не нахожу туфли, да какая разница.

Реву, на дрожащих ногах с трудом выхожу в коридор.

— Мира… Мира, где ты?

Зову подругу и только после вспоминаю, что она уехала. Ей стало плохо, а я не захотела ехать с ней. Мне мало было, я хотела еще гулять, еще танцевать там. Дура.

— Помогите… помогите, кто-нибудь. Помогите мне, пожалуйста.

Шепчу в темноте коридора, но никому нет до этого дела. Все также гремит музыка, я слышу смех и танцы с первого этажа.

Стыдно, неправильно, боже, куда я в таком виде.

А мне что-то совсем худо. Живот болит, голова кружиться, груди горят от жестоких прикосновений.

Я хватаюсь за первую попавшуюся ручку и ею оказывается ванная. Шаг туда, едва стою на ногах.

Что…что случилось. Этого не может, не со мной. Боже.

Холодная плитка, я ступаю по ней ободранными на коленях чулками. Больно, болит все. Поднимаюсь, смотрю на себя в зеркало.

Раскрасневшиеся искусанные губы, почему-то шея в ярко красных пятнах. Он держал меня так. Рукой, когда я начала вырываться.

Я же провела ногтями по его щеке, это только разозлило Гордея. Он еще жестче вжал меня в кровать, у меня аж плечи хрустнули.

Мои волосы спутались, глаза заплаканные. Лифчика и трусиков нет, он порвал их, осталось одно только мятое платье. Это назло, назло мне сделал. Чтобы показать, какое я Чучело.

Почему-то быстро беру мыло, открываю воду и мою, мою, мою руки, судорожно пытаясь это удалить, убрать, стереть из памяти.

Хватаю полотенце, к этому моменту становится сложно дышать. Вытираю руки, одергиваю платье. Оно разорванное, все это увидят, все.

Он просто взял меня, так как хотел.

Всхлипываю и опускаю взгляд ниже. Слезы капают на белый кафель, руки сильно дрожат.

На бедрах кровь, Гордей меня как мясо, как куклу, как товар. Попользовал. Вот, что только что случились.

На миг перед глазами все плывет. Почему-то ноги становятся ватными и я просто падаю, а дальше темнота и мое спасение.

Следующее утро

— Давай, на связи! Эй, Артурчик, сгоняй за пивом!

— Ага, разбежался. Надо было больше брать.

Потягиваюсь, ночь пережили и хорошо. Алкоголя, правда, ушло много, но ведь и народу приперлось немало. Даже не думал, что столько меня поздравить придет.

— А где Гордей? Свалил что-ли?

Смотрю на пацанов. Максим ушел, Милош только остался, да Артурчик. Девчонки тоже еще под утро поехали отсыпаться. Давно мы так не гуляли, хорошо хоть соседи ментов не вызвали, не хватало еще.

— Я не видел его с вечера. Походу, свалил.

— Ясно, кто бы сомневался. Ладно, сейчас умоюсь и будем убирать. Есть желающие помочь?

Тишина в зале, хватаю веник и бросаю его в Милоша.

— Эй, а я то чего?

— Того! Узнаешь хоть, как этим пользоваться.

— Да пошел ты.

— Да пошел. В душ, там на кухне, кстати, еще пиво осталось, я забыл. Артурчик, в шкафчике есть.