Книга Развод. Доставлено курьером, страница 24 – Лея Вестова

Я выдохнула медленно, глубоко, считая про себя. Раз, два, три. Разжала кулаки. Пальцы болели от напряжения. Расправила плечи. Подняла подбородок. И пошла в ванную.

Закрыла дверь на замок. Достала телефон из кармана халата, включила музыку, спокойную, медитативную, с тихими струнными и нежным женским голосом. Поставила телефон на полку над раковиной, чтобы звук разносился по ванной, заполняя пространство, вытесняя тишину.

Сняла одежду. Включила душ. Встала под теплые струи и на мгновение просто стояла неподвижно, закрыв глаза, запрокинув голову, позволяя воде омывать лицо, волосы, тело. Смывать напряжение, усталость, весь этот тяжелый, эмоциональный день.

Вода текла по плечам, по спине, по ногам. Я стояла и дышала. Глубоко, ровно. Считала вдохи и выдохи. Успокаивалась. А за дверью мог хоть весь мир перевернуться — мне было все равно. Это время было моим. Только моим…

Будильник зазвонил в половину шестого утра. Резкий, назойливый звук разорвал тишину спальни. Я мгновенно открыла глаза, хотя толком и не спала — всю ночь проворочалась, проваливаясь в какую-то тревожную дремоту и снова всплывая на поверхность.

Я протянула руку, нащупала телефон на тумбочке, отключила будильник. Тишина вернулась, тяжелая, густая. Я лежала неподвижно, глядя в темный потолок, прислушиваясь к дыханию Андрея рядом.

Он не спал. Я знала. Чувствовала. Дыхание было неровным, напряженным, не таким, как во сне. Он лежал, отвернувшись ко мне спиной, и молчал. Притворялся спящим.

Я медленно села на кровати, спустила ноги на пол. Встала, потянулась, разминая затекшие мышцы. Взяла с кресла приготовленную с вечера спортивную форму — новые черные легинсы, фиолетовую футболку, носки. Тихо вышла из спальни, прикрыв за собой дверь.

В ванной быстро привела себя в порядок, так же быстро переоделась в спортивную форму. Собрала волосы в высокий хвост. Нанесла легкий тональный крем, чтобы не выглядеть совсем измотанной. Провела по губам бальзамом. Все. Готова.

На кухне я сделала себе кофе — крепкий, черный, без сахара. Выпила, стоя у окна, глядя на темный двор, где еще горели редкие фонари. Город просыпался медленно, нехотя. Где-то вдали слышался шум машин — ранние пробки уже начинались.

Я ополоснула чашку, поставила в сушилку. Достала из холодильника контейнер с блинчиками, который приготовила вчера, поставила на видное место на столе. Рядом положила записку на листочке из блокнота: «Блинчики разогреть 3 мин. Выехать в 7:45. Хорошего дня!»

Взяла сумку со сменной одеждой для работы, спортивную бутылку с водой, ключи от машины. Надела кроссовки, куртку. Еще раз оглядела квартиру. Тихо. Все спят. Я вышла, аккуратно закрыв дверь, стараясь не шуметь.

В подъезде было холодно и пахло сыростью. Лифт спускался медленно, поскрипывая. Я стояла, прислонившись к стенке, и думала о том, как сегодня утром проснется Андрей. Что он почувствует, обнаружив, что я действительно уехала. Что он не может просто проигнорировать вчерашний разговор и вернуть все на круги своя.

Что теперь ему придется встать, разбудить дочь, разогреть завтрак, отвести ее в школу. Самому. Без меня.

На улице было свежо, почти холодно. Октябрьское утро, темное, с низким серым небом. Я села в машину, завела мотор. Печка заработала, обдавая холодным воздухом, который постепенно начал нагреваться. Я включила музыку, тотчас заиграло что-то бодрое, ритмичное и выехала со двора.