Книга Развод. Доставлено курьером, страница 99 – Лея Вестова

— Суд удаляется для принятия решения.

Она встала, вышла. Все зашевелились, заговорили вполголоса. Я повернулась к Марине.

— Как думаете?..

— Всё хорошо, — она накрыла мою руку своей. — Доказательства железные. Ему нечего противопоставить.

Я кивнула, хотя внутри всё ещё тряслось. Посмотрела направо: Андрей о чём-то яростно шептался с адвокатом, и по его лицу было видно, что разговор неприятный. Адвокат разводил руками, качал головой.

Они тоже понимали.

Судья вернулась через двадцать минут, хотя мне показалось, что прошла вечность. Все встали.

— Суд рассмотрел материалы дела и выслушал доводы сторон, — её голос звучал ровно, без эмоций. — Истец утверждает, что не был надлежащим образом уведомлён о собрании участников. Однако представленные ответчиком доказательства опровергают эти доводы.

Она перебрала бумаги перед собой.

— Уведомление было направлено по адресу регистрации истца, что соответствует требованиям закона. Квитанция и опись вложения подтверждают факт отправки. Письмо вернулось с пометкой «истёк срок хранения», что свидетельствует о том, что истец имел возможность получить его, но не воспользовался этой возможностью.

Она подняла глаза, обвела взглядом зал.

— Суд также принимает во внимание, что истец в период хранения письма находился в городе и не имел объективных препятствий для получения корреспонденции. Уклонение от получения уведомления не может служить основанием для признания решения собрания недействительным.

Я перестала дышать.

— На основании изложенного суд постановляет: в удовлетворении иска Солопова Андрея Викторовича отказать в полном объёме.

Отказать. Отказать в полном объёме.

Слова дошли до меня не сразу, как будто пробивались сквозь толщу воды. Потом я почувствовала, как рука Марины сжала мою — крепко, почти до боли.

— Мы выиграли, — шепнула она. — Ольга, мы выиграли.

Я не могла говорить. Просто сидела, глядя на судью, которая продолжала что-то зачитывать про сроки обжалования и вступление решения в силу. Слова проходили мимо, я не слышала их. Слышала только стук собственного сердца — громкий, торжествующий, живой.

Андрей встал первым. Его лицо было серым, а в глазах плескалась холодная, бессильная ярость человека, который привык побеждать и впервые по-настоящему проиграл. Он что-то бросил адвокату, резко развернулся и вышел из зала, не оглянувшись.

Я смотрела ему вслед и ждала, что почувствую торжество. Злорадство. Удовлетворение от победы. Но чувствовала только усталость. И облегчение. И что-то странное, похожее на грусть, хотя грустить было не о чем.

— Идёмте, — Марина тронула меня за плечо. — Здесь нам больше делать нечего.

Мы вышли в коридор. Солнце било в окна, рисуя на полу яркие прямоугольники, и пылинки танцевали в его лучах.

— Теперь банк, — сказала Марина. — Решение суда — основание для разморозки счёта. Позвоните им прямо сейчас, пока горячо.

Я достала телефон, набрала номер.

— Игорь Семёнович? Это Солопова. Только что закончился суд. Иск отклонён. Да, в полном объёме. Когда можно получить официальное решение и разморозить счёт?

Голос на том конце зазвучал совсем иначе, чем в прошлый раз — приветливее, мягче. Удивительно, как быстро меняется отношение людей, когда ты перестаёшь быть проигравшей стороной.

— Завтра? Отлично. Я подъеду к десяти.