Книга Спасибо за ночь, страница 41 – Юлия Гетта, Елена Рахманина

— Вы будете держать меня силой? — зло интересуюсь.

Стрелец осматривает меня своим тяжёлым взглядом. Поднимает свою руку. И я смотрю на неё как на гремучую змею, пока его ладонь не оказывается на тыльной стороне моей шеи.

Такое совершенно несвойственное для Стрельца поведение, вероятно, вызвано лишним бокалом алкоголя. Иначе я ничем это не могу объяснить. Но всё же моё тело тут же предательским образом реагирует на этот почти невинный физический контакт.

Мне хочется выгнуться кошкой и промурлыкать что-то непристойное. Залезть к нему на колени и прильнуть щекой к его груди. Услышать биение сердца. А затем забраться пальцами под его рубашку. Моё воображение со скоростью света подкидывает мне одну горячую сцену с нашим участием за другой.

Стрелец наклоняется ко мне, и наши лица разделяет жалкая пара сантиметров. Я ощущаю его дыхание на своей щеке. И мне хочется облизать пересохшие губы.

— Буду, Шишкина. Я хочу, чтобы вы исчезли из моей жизни так же быстро, как в ней появились, — шепчет, словно рассказывает мне тайну, которую кроме меня никому не доверит.

Его тон и слова с трудом вяжутся друг с другом. А близость мешает мыслительной деятельности. Я ощущаю, как он поглаживает меня пальцами. Успокаивая и возбуждая одновременно.

— А на прощание можем даже провести вместе ночь. Последнюю.

Даже не заметила, в какой момент его рука оказалась на моей талии. Придвинув меня ближе. Он обнимал меня. И его руки блуждали по моему телу, словно Стрелец вновь вспоминал, каково это — касаться меня.

Неотрывно смотрю в тёмные омуты глаз. Алчные. Колючие. Пылающие огнём.

Этот жадный взгляд мне знаком. Он так близко, что я ощущаю исходящий от него жар. Слышу его тяжёлое дыхание. И меня тянет к нему сильнее, чем к магниту. Хочется забыться. Дать положительный ответ и вновь окунуться в пучину страсти. В последний раз. Потому что так хорошо мне не было ни с кем. И наверное, уже не будет.

Но слова…

Они, словно жучок, проникают в подкорку мозга. Медленно отравляют желание. Впрыскивая в меня яд.

— Я подам на вас в суд за харассмент, — томно шепчу ему на ухо, — если вы сейчас же не уберёте от меня свои клешни.

Стрелец обрабатывает мои слова пару секунд, прежде чем отлипнуть. С рыком, словно раненое животное, он наконец возвращается на своё место.

— И какой у вас был план, Шишкина? — выплёвывает слова. — Кто отец вашего ребёнка? Если, конечно, вы действительно беременны. Или, может быть, Мёдов — ваша следующая жертва? Матвей должен быть мне благодарен, что я уберёг его от охотницы за тугим кошельком?

Смотрю на него, не понимая, почему он такого низкого мнения обо мне. Чем я умудрилась заслужить подобное отношение?

Но самое гадкое, что я сейчас замурована с ним в одной машине и не могу сбежать. Только вот продолжать этот диалог нет никакого желания. Хочется закончить его и действительно больше никогда не видеть Стрельца.

— Может, и Мёдов, вам-то что? Может быть, я даже найду себе другую… Жертву. Вас это волновать не должно, — произношу, слыша, как начинает звенеть голос.

Ещё одна капля, и я разревусь. А реветь у него на глазах — последнее дело.

— Не должно, но отчего-то волнует. Может, из мужской солидарности, — едко цедит сквозь зубы.

Не заметила, в какой момент автомобиль въехал в знакомый двор.