Книга Красная Шапочка для Волкова, страница 42 – Вита Кросс

Прохожу по дому, но куда иду — не ясно. В темноте мало что видно, а Вадима нет по ощущениям уже прилично долго.

Ну и где он запропастился? Я так-то и соскучиться уже успела. Неужели снова та Настя пришла и в дом его свой потащила?

Не успеваю мысленно обложить её благим матом, да и его заодно, как дверь в коридор открывается. Вместе с Вадимом внутрь попадает поток ледяного воздуха и луч яркого света.

Щурюсь от того, что он приходится прямо на меня.

— Ксень, ты чего как привидение по дому разгуливаешь? — усмехается Волков.

— Скучно стало, решила пройтись.

— По темноте?

— Ну, ты же не сказал мне где свечки, вот и приходится.

— Иди подержи.

Вручив мне невесть откуда взявшийся фонарь, он ставит на тумбу сумку с термосом, пухлый пакет, снимает с себя куртку и разувается. Растирает красные ладони и подойдя ближе, разводит полы одеяла, в котором я укутана.

Рывком притягивает меня к себе, вынуждая столкнуться с его холодной одеждой.

— Эй, ты холодный, — возмущаюсь, но не отталкиваю.

Наоборот — свожу руки, укрывая его теплым коконом.

— Конечно, я для нас воду добывал и на костре кипятил. Согревай добытчика.

Те самые вышеупомянутые наглые руки накрывают мои ягодицы. Мало того, что наглые, так еще и жутко холодные.

— Ты мне зад застудишь, — шиплю, когда он поднимает меня и заставляет обхватить его ногами.

— Как застужу, так и вылечу.

— Зад?

— Зад.

— Так, вот не надо пошлых намеков. Мой зад неприкосновенная территория.

Волчара хитро лыбится и тычется своими губами в мои.

— Уверена?

— На все сто.

— Ну ладно, — несет меня в сторону кухни и усаживает прямо в одеяле на стол, — отдохнула?

Тут же краснею и теряюсь. Смотрю на него в темноте кухни, а пульс всё быстрее и быстрее…

— Ну, вообще-то ещё нет.

Хриплый тихий смех отзывается теплой волной в моей груди. Вадим качает головой и обхватывает мое лицо ладонями.

— Что ты всё о сексе, да о сексе, а Шапка? Ненасытная какая. Я вообще-то про физический отдых говорил. Подремала чуток?

Заражаюсь его хорошим настроением и тянусь к губам. Вадим мгновенно целует меня. С ходу запускает в рот язык, удерживая за затылок, притягивает к себе, а я балдею от удовольствия.

Это вообще нормально, что мне хочется все время его трогать и целовать? И чтобы он меня трогал и целовал.

— Нет, не дремала, — отрываюсь, чтобы отдышаться и прикусить слегка пекущие от его щетины губы, — Как-то не хотелось. Надо было с тобой пойти.

— Не надо, там мороз еще сильнее опустился. Точно зад бы отморозила. Так, а ну-ка дай фонарь.

Вновь укутавшись в одеяло и продолжая сидеть на столе, наблюдаю, как Вадим уходит в коридор, а через секунду возвращается с термосом и пакетом.

— Есть хочешь?

— Пока нет.

— Пить? Пока кипяток есть можем кофе сделать. Если уж сильно замерзла, то с коньяком будет в самый раз.

— Я никогда не пила с коньяком.

— Ну значит, попробуешь. Он специфический, конечно, зато согревает хорошо.

Подмигнув мне, Волков выносит продукты на балкон.

— Может, свечки зажечь? А то с фонарём не удобно, — предлагаю, наблюдая за тем, как он достаёт из термо-сумки термос.

— Да, сейчас найду их.

Забрав фонарь, уходит в зал, а я топаю за ним следом.

— Вроде здесь были, посветишь?

— Давай.

Присев на корточки, открывает одну из нижних дверц. Там, судя по всему, всякий домашний хлам. Зарядки, батарейки в коробке.