Книга Красная Шапочка для Волкова, страница 58 – Вита Кросс

— Ну отлично, тогда поедем вместе. Двигайся, Шапочка.

Не успеваю возмутиться, как громилье тело намеревается раздавить меня. Быстро продвигаюсь по дивану влево.

Едва Вадим оказывается внутри, как воздуха в салоне становится меньше. Не то, чтобы меньше. Его вообще практически нет.

Мало того, что он своей накаченной тушей занял почти весь диван, так ещё и морозным холодом с улицы от него веет, и тем самым запахом, который мне снится по ночам, чтоб его. Мои рецепторы слишком хорошо впитали его в себя за те сутки, что мы провели вместе, и сейчас буквально дуреют.

Хочется нос пальцами зажать, чтобы не нюхать.

Аня с Андреем Сергеевичем забираются в машину, Волков поворачивается ко мне полубоком.

— Я, наверное, пешком пройдусь, — резво тянусь к дверной ручке, но на мое запястье ложится большая рука и оттягивает его от двери.

— Хватит уже. Набегалась. — Вадим говорит уверенно, а потом, когда разворачивает меня все же на место, заглядывает в лицо, — Посиди со мной Ксеня. Не съем я тебя.

Ага, не съест… Помню я его аппетиты.

Ироничный взгляд Андрея находит меня в зеркале, а с Аниным обалдевшим я встречаюсь секундой позже.

— Убери пожалуйста руку, — звучу вежливо и сдержанно.

Если при Анютке мне не стыдно продемонстрировать некие нотки истеричности, которые прячутся под маской образца приличия, которую я на себя напялила, то при её Андрее я такого себе позволить не могу.

Вскинув примирительно ладони к верху, Вадим убирает их от меня. Зато кожа руки под несколькими слоями плотных зимних, на минуточку, тканей, продолжает жечь.

— Соболь, дверь заблокируй на всякий случай, — бросает Волков, не отрывая от меня взгляда, — а то тут некоторые могут и на ходу выскочить.

Возмущенно открываю рот, и тут же слышу, как щелкает блокировка.

— Ну знаете, Андрей Сергеевич, от Вас я такого не ожидала, — теперь уже сверлю затылок водителя.

Надо же, как для ребенка нерадивого выход перекрыли.

— Прости, Ксень, но я не стану рисковать твоим здоровьем. Здесь движение то ещё, выпрыгнешь, потом от асфальта не отдерем, — ржет он.

— Очень смешно!

Насупившись, отворачиваюсь к окну, но уже через секунду вспыхиваю, когда подол моего пуховика отъезжает в сторону, а колена касается горячая большая лапа.

— Так значит, ты у меня под носом была все это время, Шапка, — рокочет на ухо низкий голос, от которого у меня колючие мурашки по коже ползут. — А я думал где тебя искать-то.

Цепляю пальцами его нахальную ладонь и сбрасываю с колена.

— Зачем тебе меня искать? — шиплю шепотом.

— Кое-кто утром оставил меня одного. А я надеялся на приятное пробуждение.

Резко поворачиваю голову на подобное нахальство, но натыкаюсь на смеющиеся глаза.

Нет, ну я в шоке. Смешно ему. Чего так радоваться-то? Воспользовался мной, и теперь думает, что перепадёт ещё ему? Фантазёр нашёлся!

— Бедняжка, — картинно делаю сочувствующую физиономию лица, — надо было на трассу выйти, авось подцепил бы кого-то. Ты это умеешь лучше всего.

Аня закашливается с переднего сиденья, а Андрей не сдерживается и громко смеётся.

— Так это ты, Волков, тот самый козлина, который воспользовался нашей Ксенькой? — оборачивается, мазнув по нам с ним веселящимся взглядом.

— Козлина, признаю, — даже не отрицает, гад, — воспользовался? Нет. Но это нам ещё предстоит обсудить с Ксеней.