Книга Заложница Иуды, страница 61 – Игорь Толич

— Мне нужны гарантии.

— И мне.

— Никаких гарантий. Только слово.

— Тогда и тебе придётся довольствоваться моим словом.

Себастьян стиснул зубы так сильно, что я даже услышала скрип его челюстей. Но я стояла на своём, не двигаясь и не отводя глаз. Мы обменялись долгими взглядами — холодной, молчаливой войной.

— Когда я возьму тебя, ты будешь молить меня не останавливаться, снова и снова, — хищно пообещал Себастьян.

— Вот и посмотрим.

— Договорились, — он оскалился. — Ещё одно условие.

— Какое?

— Ты не достанешься Алехандро.

— Не достанусь, — кивнула я.

— Пообещай.

Я вдохнула так глубоко, что грудь разрывалась от напряжения. Себастьян просил поклясться в том, что для меня уже было очевидным. Я открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент где-то на бортике раздался звонок мобильного.

— ¡Puta madre! — выругался Себастьян и поспешил к своим вещам.

Я следила за ним настороженно. Он разговаривал быстро, коротко, но по мере общения его лицо мрачнело, черты заострялись. Хотя я не поняла смысл разговора, всё внутри меня сжалось.

— Это был Алехандро? — спросила почти шёпотом.

— Нет, — резко ответил он и, не оглядываясь, выбрался из бассейна.

А затем исчез за дверью, оставив меня одну среди шороха воды и пульсации страха в груди.

— Как такое возможно? — прорычал я, едва сдерживая ярость.

— Похоже, это какой-то аргентинец — Риккардо Сонар, — доложил Николас, виновато опуская голову. — Его опознали по фотографиям с вечеринки. Но здесь он явно по поддельным документам — ни одного такого имени на полуострове Юкатан не числится.

— И что ещё? — процедил я сквозь зубы.

— Мы не уверены, что Тереза сейчас с ним … — Николас заговор ещё менее уверенно. — По нашим данным, они ушли с вечеринки вместе, после чего их больше никто не видел. Возможно, они уже покинули Мексику.

— Чёрт возьми!.. — глухо выругался я и сжал кулаки до белых костяшек.

— Нам нужно ещё немного времени, — осторожно вставил Тони.

— У нас его нет! Завтра прилетает Мартинес. Если он хоть на мгновение заподозрит, что на его дочь охотятся...

— У него нет повода что-то подозревать, — попытался возразить Николас.

— У него есть все причины быть на стрёме, — осадил я их обоих. — Этот говнюк прекрасно помнит, на чьей земле находится. ¡Pinche cabrón! Не могу поверить, что он вообще рискнул ступить сюда…

Да, Андреа Мартинес проявил осторожность — заказал джет на чужое имя. И всё же это не отменяло факта, что любой здравомыслящий человек давно бы запретил себе и своим близким ступать на территорию Del Iudas Negro. Эти грёбанные американцы, похоже, убеждены, что им все ноги должны целовать. Совсем страх потеряли, твари...

На ум пришла Евангелина — он ведь тоже американка. Но затем я вспомнил, что она говорила о своём отце. Он был мексиканцем — наша кровь, наша сталь, наша выдержка. Это родство сделало её совершенно иной. Прямолинейной, упрямой, смелой, даже безрассудной…

Я бросил взгляд в окно особняка, откуда открывался вид на мерцающее в лунном свете Карибское море. Где-то там, в сотне километров от берега, на якоре стояла моя яхта — мой плавучий бастион. Именно там сейчас находилась Евангелина под охраной Себастьяна.

Я доверял двоюродному брату. Но это странное ощущение тревоги… Оно точило меня изнутри, словно кислота.