Книга Попутчик по несчастью, страница 102 – Виктория Рогозина

Он сжал руки сильнее.

— Я не хочу подставить людей, которые со мной работают. И сам… сам уже не понимаю, как всё сделать правильно. Поэтому я… пришёл за советом. К человеку, который не обязан мне помогать. Но у которого мозгов и опыта куда больше, чем у всех вокруг.

Ария смотрела на него спокойно, серьёзно. И на её лице впервые мелькнуло что-то вроде уважения — едва уловимое, но настоящее. Матвей, до этого молча перелистывавший страницу за страницей, вдруг поднял голову. Его большие внимательные глаза уставились на мать, а губы тронула тревожная складочка.

— Мам… ты ведь поможешь? — тихо спросил он, не по-детски серьёзно. — Александра такая хорошая девушка…

Руслан сразу, даже не повышая голоса, но твёрдо произнёс:

— Матвей. Не стоит вмешиваться в разговор взрослых.

Мальчик тут же смутился, по-детски сжал плечи.

— Извините… — прошептал он.

Но к книге так и не вернулся. Он просто держал её на коленях, не отрывая глаз от Арии, словно ждал какого-то решения, какого-то вердикта, который в силах вынести только она.

Демид поймал себя на том, что смотрит на эту сцену слишком внимательно. Он знал, что у Морок огромное влияние, огромная харизма, невероятная сила характера… но только сейчас, наблюдая за тем, как сын смотрит на неё как на единственный столп мира, он по-настоящему понял — для Матвея она была абсолютным авторитетом. Настолько, что казалось: если Ария скажет, что они все выберутся из ямы с хейтом или из эпицентра катастрофы — так и будет. Просто потому что она это сказала.

Ария некоторое время молчала. В комнате было настолько тихо, что слышно, как тикают электронные часы на микроволновке. Потом она выдохнула — протяжно, почти уставшим звуком, но в её взгляде был ледяной расчёт.

— Риски есть всегда, — произнесла она. — С любой стороны. И если шаг сделать неправильно, можно всё испортить. Но есть несколько способов выбраться.

Руслан чуть крепче обнял её за плечи. Ария почти кошачье, еле слышно, мурлыкнув, прикрыла на секунду глаза — редкая минутка, когда она позволяла себе расслабиться под его рукой. Но уже в следующую секунду её взгляд стал пронизывающим.

— Любой хейт можно перенаправить, — сказала она отчётливо. — Стоит создать другое русло, и прежнее мгновенно забудут. Память толпы короткая.

— Но… сейчас с ходу сложно создать прецедент, — мрачно заметил Демид. — Всё будет слишком искусственно, слишком… показательно.

Ария кивнула.

— Согласна. Поэтому есть более простой, но болезненный способ.

Молчание легло на кухню, будто воздух стал густым. Матвей замер. Руслан чуть наклонил голову. Демид почувствовал, как напряглись мышцы спины. Ария посмотрела прямо ему в глаза — спокойно, уверенно, почти по-доброму. И сказала:

— Скажи правду, Демид.

Багров покачал головой — резко, почти болезненно, словно Ария предложила самое немыслимое.

— Это похоронит «Идол», — глухо произнёс он.

Морок неожиданно рассмеялась. Тихо, мягко, но с таким оттенком, будто услышала нелепость.

— Нет, Демид, — сказала она, — не похоронит.

Он поднял на неё взгляд, настороженный, почти обиженный.

— Если я сейчас выйду и признаюсь, как снималось шоу… фанаты отвернутся. Начнут сдавать билеты, клеймить обманщиками. И хейт полетит не только на меня, но и на ребят. — В голосе послышалась смесь тревоги и злости. — Ты же понимаешь, что их это тоже заденет?