Книга Попутчик по несчастью, страница 11 – Виктория Рогозина

Демид некоторое время молчал, будто обдумывая её слова, потом покосился на неё, усмехнувшись уголком губ:

— Смотрю, ты слишком хорошо осведомлена о моей жизни. Неужели… втюрилась?

Александра даже не повернула головы. Сказала ровно, спокойно, почти скучающе:

— Да знать там особо не о чем. Обычный зазвездившийся артист. У тебя толпы поклонниц, готовых хоть сейчас прыгнуть в твою постель. И ты рад этим пользоваться.

Он дернул подбородком.

— Похоже на ревность.

— Мне всё равно, — Александра чуть пожала плечами. — Ты не в моём вкусе.

Это попало точно в цель. Демид ощутил, как неприятно кольнуло внутри. Его — богатого, сильного, известного. Того, кому женщины улыбались даже до того, как он открывал рот. А она говорит это так… буднично.

Он фыркнул, едко, почти зло:

— Ты просто нормальных мужиков не видела.

Александра наконец посмотрела на него — спокойно, чуть приподняв бровь:

— Видела.

Пауза.

— Но какое отношение к ним имеешь ты?

Демид сжал зубы так, что даже в темноте было слышно тихое поскрипывание.

— Знаешь что?.. После шоу я тебя уволю. За разговорчивость.

— Можешь уволить прямо сейчас, — сказала она удивительно ровно.

Багров ударил по тормозам. Машину слегка качнуло. За окном была ночь, пустая трасса, ни единого света по сторонам. Только глухой шум ветра и редкие огоньки вдали. Он даже не повернулся к ней.

— Выходи, — глухо сказал он.

Александра молча открыла дверь, выбралась наружу. Ночной воздух резко хлынул в салон. Дверь хлопнула. На мгновение всё вокруг стало до того тихим, что казалось — мир замер вместе с ними.

Демид ударил по газу так резко, что колёса взвизгнули на асфальте. Машина рванула вперёд, будто желая унести его от самой мысли о том, что он только что сделал. Фары полосовали темноту, освещая пустую ночь, но перед глазами всё равно стояла её фигура — тонкая, спокойная, бесконечно раздражающая своей невозмутимостью.

Злость кипела в груди, распирала. Почему она так выбешивает? Почему каждое её слово словно наждаком по нервам? Почему эта скучная, внешне блеклая девчонка умудрилась задеть его там, где никто не мог? Он сжал руль так, что побелели костяшки пальцев. Александра. Отличница. Паинька. Скукотища. Он ненавидел таких — тихих, правильных, будто бы хрупких… А внутри всегда оказывающихся гнилыми. Всегда.

Машина летела по трассе, набирая скорость. Он пытался убедить себя, что сделал правильно. Что пусть идёт хоть к чёрту. Что он ей ничего не должен. Но мысли не слушались. Первая машина обогнала его, мелькнув огнями. Потом вторая. Третья. И каждое обгоняющее авто словно смотрело на него фарами с немым укором.

— Твою мать… — выдохнул он, сбрасывая скорость.

Трасса впереди зияла пустотой. И впервые за вечер стало по-настоящему тихо. Тяжело, удушающе. Он представил, как она стоит там одна, в темноте. И понял.

— Вот я урод, — процедил он, шлёпнув ладонью по рулю так, что звук эхом прошёл по салону.

Резко выкрутил руль, пересёк двойную сплошную, развернувшись на пустой трассе почти в занос. Машину швырнуло, но он выровнял её и дал газу. Фары резали ночь, выхватывая обочину, кусты, отбойник… но нигде не было даже намёка на фигуру девушки. Он проехал дальше. И ещё. И ещё. Пусто. Только ветер. Только ночь. И ни следа Александры.

Демид, стиснув зубы, вытащил телефон и ткнул в экран, вызывая Александру. Гудок. Еще один. Третий. Пустота. Ни ответа, ни сброса — словно телефон лежал в безжизненной тишине.