Книга Ищу маму себе и папе, страница 83 – Мари Дион, Вильда Кранц

Не усидев на месте, шепчу Варе оставаться тут, а сама иду к Максиму, который в удивлении рассматривает фотографии.

Заглядываю в них и офигеваю. На них дом максима, как раз в том состоянии, когда мы вчера вернулись домой.

— Я жду! — надменно произносит женщина.

Вот же курва!

— На каком основании вы требуете объяснений? — наступаю на неё. — Эти фото зафиксированы где-то? Откуда они у вас?

Вижу как женщина теряется. Не ожидала, что с неё спрашивать будут. Так я только начала.

Максим делает мне какой-то непонятный мимический знак. Но я уже в бешенстве.

Понимаю, что это всё было сделано специально. И эта женщина пошла на поводу, хотя обязана действовать в интересах ребенка, а не какой-то ревнивой женщины, которой щелкнули по носу.

— И вы из органов опеки, проверяете всё? Да? — получаю неуверенный кивок. — А сами антисанитарию разводите, не потрудившись разуться? А у нас ребенок любит на полу играть, который вы сейчас наглым образом мараете, — распаляюсь я.

— До свидания, — произносит Максим и закрывает двери за дамами из опеки.

— Ура! — кричит довольная Варя.

Мы с Максимом смотрит на искреннюю радость малышки. Она скачет как мячик по дому, подняв руку вверх.

— Давай поаккуратнее дочь, — подхватывает её Максим.

Затем он поворачивается ко мне и одаривает такой улыбкой, от которой внутри всё переворачивается. Вместе с Варей на руках, делает шуточный поклон и снимает несуществующую шляпу.

— Ты их размазала и сверху аргументами придавила.

— Лишь бы не во вред, — с сомнением выдыхаю я слова.

Я и правда только после того как всё высказала, поняла всю опасность.

Жалею ли я?

Если честно ни капли. Я честно и не думала, что меня так может перекрыть. Словно во мне материнский инстинкт заговорил.

Говорят же, ч о матери готовы на все ради ребенка и превращаются в опасных тигриц, когда что-то угрожает их детям. Вот я что-то подобное испытала, когда увидела те фото, которыми нас пытались запугать.

Вот же… нечестные люди. Дураку же понятно, что Максим в лепешку расшибется. чтобы Варе было хорошо.

И мне очень интересно, каким образом к ним попали эти фото.

* * *

Следующие пару недель кажутся мне просто спринтом на выживание.

У меня началась подготовка к сессии. Мы ходим каждый день на ускоренный курс занятий для будущих родителей. И я ещё умудряюсь поддерживать дома чистоту и готовить.

Кажется, я успеваю заснуть, пока моя голова только ещё летит к подушке. За то утренние пробуждения яркие и волнующие.

Максим тоже устает, помимо наших занятий, он работает и ещё собирает необходимые документы.

— Мама, а ты родишь нам с папой братика или сестрёнку? — вдруг спрашивает Варя с заднего сиденья.

Обычно, спящая в это время Варя, сегодня на удивление активна. Хотя, когда мы возвращаемся с вечерних занятий, она тут же засыпает в машине, по дороге домой.

— Я подумаю об этом, — увиливаю от прямого ответа.

Какие дети, если Максим ни разу о любви не говорил?

Комплиментами засыпал, а про любовь ни слова.

Да и какие дети, когда у меня сил ни на что не остаётся?

Некоторое время мы едем в сторону дома в полной тишине. Я хочу детей. Очень.

Но мне нужна защищённость. А он не говорил, что хочет со мной всерьёз и надолго.

А значит, Яна Андреевна, выкидываем все эти мысли из головы и продолжаем пить противозачаточные таблетки. Розовые очки никуда не делись, но и адекватные мысли наконец вернулись на место.