Книга Будешь моей игрушкой, страница 22 – Мари Дион

— Я ж, и его отца возил, — разоткровенничался Игнат. — И тот, связался не с теми людьми, которые его подставили. В итоге, у него сердце прихватило, еле откачали.

Игнат, докурив, выбросил бычок и продолжил.

— И вызвали Влада из Германии, дела отца принимать. Он в то время мечтал за бугром бизнес открыть, но не судьба. Пришлось ему тут крутиться, чтобы не обанкротиться. Его ведь отец спонсировал, а тут всё, лафа кончилась.

От этого рассказа, у меня глаза на лоб полезли. Не думала, что у шефа такие проблемы были.

— Получается, вы долго на эту семью работаете. Скажите, а Владислав всегда был таким? — не удержалась от любопытства я.

— Это каким?

— Ну, грубым, самоуверенным, не ставящим ни во что других людей?

— Хех. Девочка, да нормальный он. Просто проблемы, с которыми он столкнулся, сделали его немного жёстче. Это он просто кажется грубым и неотесанным мужланом.

— Я бы так не сказала.

Из ворот выходит Влад и направляется к нам, говоря по телефону. Когда он подходит ближе, вижу его сбитые костяшки на руках. Взгляд метает молнии.

— Я сказал, собирай всех! Через час, в конференц-зале! Кто не явится, пусть пеняет на себя! — смотрит на меня. — Ты едешь со мной.

♀

Опять этот тон, замораживающий всё вокруг. Я беспрекословно села в машину. Хотя, сбежать подальше, очень хотелось. Шеф дал распоряжение, ехать в офис.

Сижу как на иголках, бросая косые взгляды в сторону Влада. На глаза попадаются сбитые костяшки на руках.

— Игнат, где у вас аптечка?

Водитель, не отрываясь от дороги, тянется к бардачку, достает искомое и протягивает мне.

— Вот, держите.

— Спасибо, Игнат, — открываю и исследую содержимое аптечки.

— Уже Игнат? — смотрит на меня шеф, приподняв бровь. — Быстро вы спелись!

— Начальник, не сердись. Поболтали немного, пока вас ждали.

— А что, нормальное человеческое общение под запретом?

Блин, ну кто меня за язык тянул. Влад и так не в духе. Ругаю себя мысленно. Вижу, сейчас меня отчитает, как маленькую девочку, за плохое поведение. Вон, уже в лёгкие воздуха набирает. Я опережаю его.

— Владислав Андреевич, давайте я вам раны обратаю. Не дай бог воспалятся, если грязь попала.

— Хм. Успела, — кривит рот в улыбке. — Дерзай, — откидывает голову на спинку сиденья и закрывает глаза.

Уф, пронесло. От волнения немного затряслись руки. Смотрю на его лицо. Сейчас можно беспрепятственно его рассмотреть.

— Ты передумала? — не размыкая глаз, спрашивает он меня.

Спохватываюсь, беру пузырёк с перекисью и стерильные салфетки. Обрабатывать стараюсь как можно аккуратнее. В некоторых местах раны глубокие, неужели об человека можно так пораниться.

Закончив с обработкой, достаю заживляющий порошок и посыпаю раны. Затем беру бинт и собираюсь перемотать костяшки, чтобы раны были под защитой ткани.

— Не надо бинт, — останавливает меня шеф.

— Надо, раны так тревожить не будете.

— Марин! Я сказал, не надо! — говорит вспыльчиво, убирая от меня руки.

Обиженно поджимаю губы. Складываю всё обратно в аптечку и кладу её на переднее пассажирское сиденье. Не хочу отвлекать Игната от дороги.

Мы едем молча. Влад задумчиво смотрит в окно, иногда сжимая руки в кулаки. Наверно, так выглядит тихая ярость. Я стараюсь не отсвечивать, чтобы не нарваться на негатив.

Подъезжая к офису, шеф даёт распоряжение водителю, заехать в какую-нибудь кафешку поблизости.