Книга Лилии для Эмилии, страница 4 – Екатерина Мордвинцева

Игорь? Друг, с которым мы иногда ходим в кино или на выставки, потому что обоим нравится обсуждать потом увиденное, а не сидеть в тишине. Между нами никогда не было ничего романтического, и Игорь всегда говорил, что я «слишком крутая для него». Комплимент сомнительный, но мы остались друзьями. Игорь знает, что я не люблю лилии — я как-то обронила в разговоре, что они пахнут «слишком настойчиво». Так что нет.

Ещё был парень, с которым я переписывалась в приложении для знакомств две недели, но так и не решилась на встречу. Игорь, Денис, Вадим? Я уже путала имена. Вряд ли кто-то из них стал бы тратить деньги на такой букет.

Получалось, что незнакомец. Или, что ещё более странно, знакомый, который хочет остаться неизвестным. Зачем? Чтобы интриговать? Чтобы я гадала? Чтобы…

Я вздохнула и отхлебнула кофе. Кофе был горьким — я забыла положить сахар, потому что всё думала о цветах.

Моё утро, которое должно было быть тихим и предсказуемым, превратилось в детективную историю. Я, Эмилия Сергеевна Соболева, дизайнер интерьеров, человек, который привык рассчитывать каждый сантиметр пространства и каждый шаг в отношениях, сидела на своей кухне и гадала, кто посмел нарушить мой покой таким изысканным и неожиданным способом.

Допив кофе, я подошла к букету и осторожно раздвинула листья, надеясь найти хоть какую-то зацепку. Маленькую карточку, спрятанную записку, намёк. Ничего. Только лента, стебли, вода в прозрачной упаковке, в которой цветы были закреплены специальной флористической губкой. Я провела пальцем по гладкой ленте — шёлк, качественный, дорогой. На таком не экономят.

Я взяла телефон. Первым порывом было позвонить Ленке. Ленка — моя подруга ещё с института, единственный человек, который знает обо мне почти всё. Ленка работает в рекламном агентстве, носит яркие платья, красит волосы в розовый и умудряется сочетать карьеру, трёх кошек и бесконечные романы с такой лёгкостью, что я иногда завидую её умению не усложнять. Ленка сказала бы: «Эмилия, да радуйся ты, наконец! Кто-то решил сделать тебе приятно, а ты уже раскладываешь это по полочкам!». И она была бы права.

Я отложила телефон. Не потому, что не хотела её слушать, а потому, что боялась, что она права, а я — нет. Что моя привычка всё анализировать, всё контролировать, не доверять спонтанности и чудесам — это не зрелость, а просто страх. Страх перед тем, что может случиться что-то, что я не смогу предусмотреть.

Я снова посмотрела на лилии. В этом утреннем свете, заливавшем кухню, они казались почти нереальными. Белые лепестки с чуть заметной зеленоватой прожилкой, тяжёлые бутоны, раскрывшиеся навстречу солнцу. Аромат теперь заполнил всю квартиру, он был везде — в гостиной, в спальне, даже в ванной, куда я заходила, чтобы взять вазу. Вазу? У меня вообще не было вазы, которая подошла бы для такого букета. Мои скромные стеклянные цилиндры, в которых я обычно держала одну-две веточки эвкалипта или скромный букетик из супермаркета, явно не годились.

Я достала из шкафа на кухне самую большую вазу — широкую, керамическую, серую, купленную когда-то для композиций из сухоцветов. В ней лилии смотрелись чуть более приземлённо, но всё равно казались чем-то из другого мира. Я налила воды, добавила специальный порошок для срезанных цветов (да, у меня был такой — я же дизайнер, у меня всё должно быть правильно), срезала стебли под углом, как учила мама, и поставила букет. Потом долго смотрела на него, пытаясь понять, что чувствую.