Книга Чашечка кофе, или Я твой десерт, страница 58 – Екатерина Мордвинцева

— Я приду в десять, — ответила я.

— Он просил прийти сейчас.

Я посмотрела на часы. 9:47. Раньше на тринадцать минут.

— Хорошо, — сказала я, поднимаясь. — Я иду.

Я взяла папку с документами, хотя знала, что это не встреча по работе. Но мне нужно было что-то держать в руках. Что-то, что напоминало бы мне, кто я. Профессионал. Сотрудник. Человек, который принимает решения сам.

Я вышла из кабинета и пошла по коридору. Елена Викторовна шла впереди, и я смотрела на её прямую спину, на её идеальную причёску, на её туфли на низком каблуке, которые не стучали по паркету, а бесшумно скользили, как тень.

Она остановилась перед дверью кабинета Туманова, постучала.

— Вероника Лисицына пришла, — сказала она.

— Войдите, — услышала я его голос.

Елена Викторовна открыла дверь и пропустила меня вперёд. Я шагнула внутрь, и дверь за моей спиной закрылась.

* * *

Он сидел за столом — в сером костюме, белой рубашке, без галстука. На столе перед ним лежали документы, но он не смотрел на них. Он смотрел на меня.

— Садитесь, Вероника, — сказал он, указывая на стул напротив.

Я села. Спина прямая, плечи расправлены, лицо спокойное. Я — профессионал. Я не боюсь.

— Вы приняли решение? — спросил он, и его голос был ровным, деловым.

— Я ещё думаю, — ответила я.

Он кивнул, откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди.

— Понимаю, — сказал он. — Решение не из лёгких.

— Вы дали мне время до завтра, — напомнила я.

— Да, — кивнул он. — И вы его используете. Это правильно.

Он замолчал, и в тишине его кабинета я слышала, как тикают часы на стене. Каждое тиканье было как удар молоточка по гвоздю — медленно, методично, неумолимо.

— Вероника, — сказал он, нарушая тишину. — Вы понимаете, что стоит на кону?

— Проект слияния, — ответила я. — Моя карьера.

— Не только, — сказал он. — Репутация. Ваша репутация.

Я подняла глаза.

— В компании уже говорят, — продолжил он, и его голос был спокойным, почти ленивым, как у человека, который констатирует погоду за окном. — О том, что вы получили повышение не за заслуги. О том, что между нами что-то есть.

Я почувковала, как кровь приливает к лицу.

— Это неправда, — сказала я. — Я получила повышение, потому что…

— Потому что вы лучший специалист в своей области, — закончил он за меня. — Я знаю. Вы знаете. Но они — нет.

Он встал из-за стола, подошёл к окну. Город внизу был серым, в туманной дымке, и его очертания расплывались, как акварель.

— Если вы откажетесь, — сказал он, не оборачиваясь, — что подумают люди? Что вы не справились? Что я передумал? Что между нами что-то было, и вы сбежали?

Я сжала папку так, что бумага захрустела.

— Вы угрожаете мне? — спросила я.

Он обернулся.

— Нет, — сказал он. — Я предупреждаю. Ваша карьера в этой компании — это не только ваши заслуги. Это ещё и то, как вас воспринимают. Если вы откажетесь сейчас, после того, как я публично объявил о вашем повышении, это будет выглядеть как… бегство.

— Бегство? — переспросила я.

— Да, — кивнул он. — Люди не знают, что вы думаете. Они видят только факты. Факты таковы: вы получили повышение. Вы работаете на меня напрямую. И вдруг вы уходите.

— Я не собираюсь уходить, — сказала я.

— Если вы откажетесь от проекта, вам придётся уйти, — сказал он. — Не сразу. Но постепенно. Ваше место в компании станет… неудобным.