Книга Чашечка кофе, или Я твой десерт, страница 98 – Екатерина Мордвинцева

Они сидели на кухне, держась за руки, и говорили, говорили, говорили. О том, как назовут ребёнка, если это будет мальчик. О том, какую комнату переделают в детскую. О том, что нужно купить, что подготовить, что узнать. Снежана смотрела на него, на его оживлённое лицо, на его руки, которые жестикулировали, когда он рассказывал, как они будут гулять по парку с коляской, и думала о том, что никогда не была так счастлива.

— Надо отметить, — сказал он вдруг. — Это же событие. Настоящее.

— Отметить? — она рассмеялась. — Чем? Я же не пью.

— Вином, — он встал, достал из шкафа бутылку, которую они берегли для особого случая. — Ты будешь пить сок. А я — вино. И мы выпьем за нашего малыша.

Он налил себе бокал, ей — гранатового сока, который она любила. Поднял свой бокал, и в его глазах она увидела всё — прошлое, которое осталось позади, настоящее, которое было здесь, и будущее, которое они строили вместе.

— За нас, — сказал он. — За нашу семью. За нашего ребёнка.

— За нас, — повторила она, и они чокнулись.

Они пили, ели, строили планы. О том, как купят дом за городом, чтобы у ребёнка было место для игр. О том, как научат его плавать, кататься на велосипеде, читать. О том, как будут водить его в школу, волноваться перед экзаменами, радоваться первым победам. Снежана слушала его и чувствовала, как внутри неё растёт что-то огромное, светлое, что не имело названия. Счастье. Чистое, как утренний снег. Бесконечное, как небо.

Позже, когда они лежали в кровати, обнявшись, она положила его руку на свой живот, ещё плоский, не изменившийся, но уже несущий в себе новую жизнь.

— Здесь наш малыш, — прошептала она. — Совсем маленький. Но он уже здесь.

Денис прижался губами к её животу, и она чувствовала его дыхание сквозь тонкую ткань футболки.

— Здравствуй, малыш, — сказал он, и в его голосе было столько нежности, что у неё замерло сердце. — Я твой папа. Я буду ждать тебя. Мы оба будем ждать.

Она закрыла глаза, и сон накрыл её тёплой волной. В этот момент она была счастлива. По-настоящему, без оглядки, без страха. Она не знала, что через несколько дней мир, который она только начала строить, начнёт рушиться.

Сомнения пришли не сразу. Первые дни после теста были наполнены только радостью. Снежана записалась к врачу, сдала анализы, начала читать книги о беременности. Денис был рядом — заботливый, внимательный, счастливый. Он ходил с ней в женскую консультацию, держал за руку, когда брали кровь, и улыбался, когда она рассказывала, что сказал врач.

— Всё отлично, — говорила она. — Ребёнок развивается нормально.

— Конечно, — отвечал он. — Как иначе.

Но однажды ночью, когда Денис уже спал, она лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Мысли кружились в голове, как осенние листья в ветреный день, не находя покоя. Срок. Врач сказал, что она на пятой неделе. Пятая неделя. Она считала, перебирала в памяти дни, недели, месяцы.

Пятая неделя назад — это был февраль. Начало февраля. Когда она вернулась из Лиссабона. Когда они с Денисом только начали жить вместе. Когда она впервые сказала ему «я люблю тебя» и поверила в это.

Но была ещё одна ночь. Ночь перед Лиссабоном. Ночь, когда она пыталась помириться с Сергеем. Ночь, когда он был с ней холодным, равнодушным, чужим. Ночь, когда они занимались любовью в последний раз.