Книга Измена. Ты меня (не) забудешь, страница 71 – Tommy Glub

Мои слова заставляют её остановиться на полпути. Её лицо на мгновение застывает, будто она пытается переварить услышанное. Но затем она снова бросается ко мне, хватает за руку, её пальцы цепляются так крепко, что мне приходится сдерживать себя, чтобы не оттолкнуть её.

— Пожалуйста, Рома, выслушай меня! — её голос дрожит, становится почти умоляющим. — Да, были ошибки, но это не значит, что Саша — не твоя дочь! Ты просто хочешь видеть только то, что тебе удобно. Давай сделаем ещё один тест? Пожалуйста!

Её хватка усиливается, она смотрит на меня с отчаянием, как на последнюю надежду. Я чувствую, как её пальцы жгут мою кожу, и раздражение накрывает меня волной. Я вырываю руку, делаю шаг назад, освобождаясь от её прикосновения.

— Достаточно, Света, — срывается с моих губ, и я сам удивляюсь, насколько резко звучат эти слова. Голос звучит, будто не мой, — холодный, обжигающе отстранённый.

На миг в её глазах мелькает растерянность, как будто она не ожидала от меня такой жесткости. Но мне нужно отойти, создать между нами дистанцию, чтобы не дать чувствам затуманить разум. В груди всё кипит, эмоции рвутся наружу, но я не могу позволить себе снова потерять контроль.

Света стоит напротив, судорожно сжимая руки. Её взгляд становится ещё более отчаянным, глаза блестят, как будто она ищет хоть какую-то зацепку, чтобы вернуть контроль над ситуацией. Губы дрожат, но она молчит — всего на секунду, пока не находит в себе силы заговорить.

— Думаешь, я тебе поверю? И после всего этого ты ждёшь, что я спокойно приму твои объяснения? — голос мой срывается на шёпот от сдерживаемой злости. Я чувствую, как напряжение сковывает плечи, и стараюсь дышать ровнее, но всё тщетно. — Вероника лучше заботится о Саше, чем ты. Твоей дочери нужны стабильность и забота, и ты можешь ей их дать, если хочешь. Просто скажи биологическому отцу о ней и дои его.

Её лицо меняется мгновенно. Ещё секунду назад она выглядела растерянной и уязвимой, но теперь злость вырывается наружу. Это не просто обида — это ярость, которая искажает её черты до неузнаваемости.

— Ты… отдал её этой… Ей? — её голос резко звучит в темноте, полон негодования и обиды. Она делает шаг вперёд, и в этот момент мне кажется, что она готова кинуться на меня. — Рома, как ты мог? Она же… Зачем?! — кричит она, а в её глазах пылает ненависть. Я чувствую, как её эмоции накатывают волной, но не позволяю себе дрогнуть.

— Ей, Света. Да, ей, — холодно отвечаю я, встречая её взгляд. — Потому что она хотя бы заботится о ней. Ты же… Ты только ищешь, как бы выиграть в этой войне. Ты даже не думаешь о Саше.

Она подступает ко мне, а я смотрю в её глаза и понимаю, что она ненавидит Веронику больше, чем мне казалось. Эта ненависть разъедает её изнутри, и мне становится не по себе от мысли, что она может направить её против нас. И сейчас я понимаю, что потребуется больше времени, чтобы убедиться, что Света никогда не навредит ей. Если я ошибусь, если хоть раз позволю себе ослабить бдительность, всё это может обернуться трагедией. И тогда я сам себя не прощу.

— У тебя есть несколько дней, чтобы исчезнуть из моей жизни, Света, — произношу я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, без колебаний. — Ты так нагадила уже в моей жизни… Да что там в моей! В жизни моего ребёнка, что я не смогу даже смотреть на тебя. Мой же совет, подпиши без лишних эмоций документы и свали. По-хорошему.